Книга Брошенная сиротка для Генерала Дракона, страница 35 – Маргарита Абрамова

* * *

В окно ударил поток ветра, створка распахнулась, впуская его в кабинет вместе со снежным вихрем.

Биаст явно тоже не ожидал такого, выпустил меня, отряхивая снег, залетевший за шиворот, остудивший его наглый пыл.

Я же свободно вздохнула, мне как раз просто необходим свежий воздух, всё как-то уж слишком для меня. Я держалась, чтобы не наговорить ему грубостей.

Так и знала, что не откажет себе в удовольствии поиздеваться надо мной и моим бедственным положением.

— Дышите, Эльза, — мужчина встал и направился закрывать окно, как-то странно на меня посмотрев.

Он, конечно, все понял. В чем в чем, а в его уме и способности анализировать ситуацию сложно сомневаться. Я явилась в конце недели, значит, не нашла никакой работы, вынуждена принять его «подачку», причем на его условиях. Решил, что я готова на всё!

Теперь даже банкир Грецки, открыто предлагавший роль содержанки, выглядел не так гадко. Он не скрывал своих намерений, а тут… Не знала, как реагировать: сбежать, гордо хлопнув дверью или высказать все.

— Я не собираюсь с вами спать! — выбрала второе, — Вы просто ужасен! — и это не из-за шрамов на его лице или хромоты, я имела в виду его испорченную душу. Теперь вдобавок сомневалась, что его заинтересует судьба Молли.

— Я знаю все о себе, милая. И хочу, чтобы и вы понимали на кого придется работать и не питали иллюзий.

— С ними я давно попрощалась в далеком детстве. Вам не понять...

— Отчего же… Моей матери не стало, когда мне было пять, в собственном доме было не лучше, чем в приюте. Желание нравиться — это наша главная слабость. Вот такой разъяренной вы мне нравитесь больше, а не забитой жертвой.

— Я не жертва.

— Вот и помните об этом всегда. Не забывайте про броню, она должна быть всегда при вас.

— Мы не на войне, и есть еще хорошие люди.

— Вы скоро узнаете, как ошибаетесь. Этот мир — и есть поле боя.

Его взгляд на жизнь кардинально отличался от тех, с которыми мне приходилось сталкиваться. Джошуа тоже жизнь сахаром неназывал, но как-то облачал это все в более мягкую форму. Мое окружение менялось: один вор, другой генерал… Кто там дальше?!

— Не смейте распускать свои руки! Иначе не посмотрю, что вы мой начальник, и стукну вас …

Он засмеялся, так хрипло, будто давно не делал этого, гортань разучилась издавать такие звуки.

Я говорила серьезно и мне было не до смеха.

— Ты не в моем вкусе, девочка, — усмехнулся, — Оставь свою невинность для какого-нибудь юнца, — опуская всякую учтивость, хлестал откровенностью, щеки снова запылали. Хоть я и не стеснялась своей неопытности и даже гордилась ей, слышать подобное от мужчины было дико. Да, я собиралась отдать ее мужу, а не стыдиться в первую брачную ночь…

— Вот и замечательно, — выдавила из себя, желая скорее закрыть эту тему.

— Уже нашла где остановиться? — тоже не стал развивать разговор в неприятном направлении.

— Нет, — призналась.

— Пойдем?

— Куда?

— Покажу где выход. Боюсь, тебе не понравиться в городе в позднее время. Рискуешь, не сохранить то, над чем так печешься.

— У вас паршивый юмор.

— Неплохо, уже начала его различать, — чуть подтолкнул к выходу, — Покажу твою комнату. Быстрее, мне некогда с тобой возиться!

Я молча последовала за мужчиной, мои «штыки» были сейчас неуместны, даже не пришлось унижаться и просить жилье, он сам его предложил.