Книга В болезни и здравии, Дракон, страница 86 – Хель Сорго

— Люциар? — уже нисколько из любопытства, сколько ради того, чтобы отвлечь его, позвала я и набрала на кисть побольше снадобья.

Пламя с пола перекинулось на стены, но по-прежнему не пожирало комнату и не создавало удушающего дыма. Будто подчиняясь воли лорда, которая была не сломлена несмотря ни на что и всё ещё управляла драконьей силой. И пока мы с врачевателем пытались позаботиться о Люциаре, он в свою очередь защищал нас, пусть даже только от самого себя.

Впрочем, порой это самое сложное и нужное — защитить кого-то от себя и собственной боли или слабости.

— Просто… — когда я уже не надеялась на ответ, выдохнул лорд.

И кисть моя прошлась по основанию его раненого крыла, отдавая лекарство, взамен вбирая в себя кровь, окрашиваясь в тёмно-алый.

— Разве будешь благодарна богам за то, что нашли тебя для меня, моё сердце, когда я… такой?

Что-то болезненно сжалось у меня внутри от слов и тона лорда. В этот момент я испытала облегчение, что не видела его лица. Рука моя, дрогнув, повисла в воздухе, так и не нанеся последний мазок на крыло.

— Ну же, — сталью прозвучал голос врачевателя, и я сквозь пелену слёз завершила начатое.

— Да и женат я, — это уже лорд произнёс едва слышно и с силой сжал пальцы, сверкнув перстнями.

Пламя, скользнув на потолок, угрожающе зашипело.

— Брак ваш, — как-то по-особому улыбнулась врачеватель, едва заметно, но весьма выразительно, — в данном случае аннулировать очень легко, лорд. Если, конечно, вы не сожжёте наси будет ради кого это делать!

Люциар поднял лицо к пламени, позволяя его отблескам отразиться в болезненном взгляде и коротким жестом руки, словно смахнул его прочь.

Врачеватель же продолжила:

— И если король действительно явится сюда, а не узнает обо всём и не пришлёт по вашу душу воинов.

Из-за волнения и усталости я всё ещё плохо понимала, о чём речь, но непроизвольно вздрогнула, подумав о приближении беды. Однако Люциар лишь недобро, болезненно усмехнулся и качнул головой:

— О, король не узнает сейчас ни об Аделин, ни о чём-либо ещё. Мне нужно лишь отдохнуть… Немного, — голос его с каждым словом становился всё более хриплым и слабым, — отдохнуть… Лишь бы Ранэль не успел… Не успел сбежать.

Тут он накренился и едва не рухнул на пол, но мы с врачевателем успели придержать лорда и помочь ему прилечь на кровать так, чтобы не повредить крыло. Или, вернее сказать, чтобы крыло не навредило самому Люциару.

*** — Возможно, Ранэль ещё мог бы одуматься, — спустя пару часов, сидя у постели дракона, тихо произнесла я.

На самом деле каждую минуту тревожась, что сейчас к нам зайдёт Таи и объявит, что Ранэль со своей бывшей невестой покинул замок.

— Как-никак, — добавила, поймав на себе тяжёлый взгляд врачевателя, что сидела с другой стороны кровати, на кресле в тёмном углу, — а Лору он губить не стал, пожалел девочку.

— Или испугался, — протянула врачеватель. — Не навредить или не убить можно не из жалости и сочувствия, а из-за страха. И тогда это его не оправдывает.

— Я не собираюсь оправдывать, — отчего-то разозлилась я (не на врачевателя — на змея), — мне просто жаль лорда! По-человечески, конечно, сочувствую Ранэлю, он многое пережил, и с ним обошлись просто чудовищно несправедливо! Но жизнь со многими не нянчится и это не заставляет всех становиться предателями и…