Онлайн книга «Нарисую себе сына»
|
— Монна Зоя, я знаю, кто вас покушался убить. Вот это «мама моя»… — И кто? — и есть всего только миг до ответа на мучительно долгий вопрос… — Это — монна Сусанна. — Дахи, ты — в своем… — Я это могу доказать! — Ну-у? — Угу… — и снова уставился в огонь. — В то утро, когда шлюпку спускали на воду, боцман очень сильно ругался. Он тогда вообще ежа морского сглотил, а тут — такое. Вы ведь про узлы морские знаете? — Да знаю я… Дахи, к чему? — Да к тому, что один из крюков, на которых шлюпки на тросах спускают, был неправильно закреплен. У нас в команде все это знают— надо «восьмеркой». Чтоб, во время шторма он, не дай Бог, не сорвался и кого-нибудь… А тут — просто навешен и все. В общем, явно цеплял тот, кто науке морской не обучен. — И поэтому ты решил, что, единственная такая на корабле — монна Сусанна? — А то. Ведь вы же к тому крюку… — Угу. Только лбом, — ненароком потерла я свой побелевший шрам. Мальчик скосился туда же: — Вот, то-то же. И еще… — Было «и еще»? — Было. Только, — заерзал он, вдруг, под пледом. — Монна Зоя, я поступок плохой совершил. Но, для благой цели. — Ты пытал ее что ли? — Не-ет. Я в каюту ее залез, пока она капитана в гостиной на своем клавесине «утешала». — То есть? — Да музыку свою ему пела. А я в это время в шкафу ее шмон навел. И вот что нашел, — порывшись в кармане, вытянул он наружу белый кружевной платок. С инициалами «СИ» и сильно застиранный. — Дахи, зачем? — Монна Зоя, — вздохнул, глядя на меня малец. — Я в свою жизнь на Божьих скалах очень много раз одежду от крови стирал и всегда могу распознать, какие от нее пятна бывают. — Так ты думаешь, это — моя… кровь? — уставилась я на тряпицу. — Угу. Видно, она этим платочком палубу шёркала. Я и по ней потом лазил. По всему левому борту, но, вы же знаете, как у нас на Летунье палубу драят. — Это… да… Дахи, но… — Да вам это любой маг за пару монет подтвердит. — И это тоже… да, — подняла я глаза на мальца. — А знаешь, что: давай прямо сейчас попробуем? — У вас маг здесь знакомый… — Да нет. У меня здесь собака, очень умная. А, вдруг, она мою кровь признает? Как думаешь? — Думаю… да, — и, подхватив платок, вслед за мной подскочил со стула. Лишь плед рядом с ним забыл… Малай воспринял нашу затею скептически — уселся напротив крыльца и глубоко вздохнул. Мы тоже — из предвкушенья, заранее бросив платок на противоположной стороне двора. Теперь… — Дахи, а что теперь то? — А-а. Погодите, — прочистил тот горло. — Его ведь, Малай зовут?.. Малай! Монна Зоя сказала, что ты — очень умный. Так вот… — Дахи, это чёрти что какое-то, — пес, скосившись, приподнял левую бровь. — Так вот, — малец с нажимом продолжил. — Принеси вещь, что лежит у забора тому, кем она по-настоящему пахнет… Малай?!.. — Малай? И я такого выражения морды еще не удостаивалась. Именно с ним Малай медленно встал,развернулся и направился прямо к платку. Еще бы — при нем суетились. А потом, уже с добычей в зубах потрусил обратно к нам. Мы с Дахи на своих сидячих позициях замерли. Пес — едва ли, на секунду. И, фыркнув прямо в платок… — Мама моя… — теперь еще и в слюнях, он на моих коленях смотрелся совсем уж… тоскливо. Инициалами «СИ» на виду. — Монна Зоя, о чем я вам говорил?! — Дахи. Мама… моя… Глава 19 И небо с низкими зимними тучами, и заставленный чанами в глиняных подтеках двор и высокий забор, все кружилось сейчас. И в этом тусклом кружении одно за другим всплывали размытые лица: «Знакомьтесь, Зоя — моя давняя подруга, Сусанна Иззи»… «Ах, да: «дружба» — в первую очередь», — и громкий женский смех… |