Книга Танго с ненавистным капитаном, страница 200 – Мария Лунёва

— Все живы? — раздался по внутренней связи голос Отана.

— Милый, увози нас! — нервы Каре сдали. — Жми на полную, иначе всех положат.

— Конечно, душа моя.

Мусоровоз взревел. Я не видела, что происходит. Но по внутренней связи слышала то же, что и сидящий в кабине хрон. Ор охранников, эхом разлетающийся по грузовому терминалу. Предсмертная агония тех, кто попадал под мощные гусеницы.

Жуткий вой мужчин.

Не выдержав, Ясмин закрыла уши ладонями. Я же находилась в каком-то ступоре.

Понимала, что мы в отсеке для рабочих. Что за стеной перерабатывается мусор в прессованные плиты. Что мы едем по туннелю. Но все эти бессвязные мысли не ложились в общую картину.

Казалось, от напряжения я отупела настолько, что могла только слышать команды и бежать.

Неважно куда.

Главное, быстро.

Мы смогли отдышаться. Я до конца не понимала, как вообще выбрались. Мысли упрямо не становились в правильную последовательность. Казалось, меня разорвет.

Страх, паника, трясущиеся руки.

Я развернулась и прижалась к спине Маэра, он так и прикрывал меня своим телом.

— Ну и ладно, что жениться на мне не хочешь. И без твоего кольца проживу, — тихо пробормотала. — Все равно я тебя люблю.

Эмоции не выдерживали накала: прямо чувствовала, как в последнем пучке одна за другой отмирают нервные клетки. Наверное, от этого я стремительно тупела.

— Что значит не хочу, женщина? — ответ звучал грозно. — Нет у меня нужного кольца при себе. А то, что есть — оно не для брака.

Я вздрогнула и сообразила, что произнесла признание довольно громко, и на меня сейчас смотрели все, да еще и большими глазами.

— Что? — последняя нервная клеточка испустила дух. — У меня стресс, имею право! И что значит: нет кольца? А на мизинце что?

— Это дубликат, — хохотнул Кирр. — Дорогой, но любой орш желает надеть на палец именно то кольцо, что приобрел первым. Это у сакали чем дороже, тем лучше. Мы так не заморачиваемся. Хотя у меня на мизинце тоже именно то самое первое, что помог мне купить дед в день совершеннолетия. Это традиция семейная. С Маэром ездил отец, он для этого на службе выбил отпуск. Так что не брюзжи, сестричка, и не наговаривай того, чего нет.

Грудная клетка Маэра странно дернулась, словно он хохотнул. Развернувшись, он вытащил меня вперед и обнял, пряча в своих огромных руках.

— Я очень хочу на тебе жениться, Ками, — выдохнул он мне в волосы. — И я тоже очень сильно тебя люблю. Надеюсь, больше нет никакой сестры с талантом влипать в самую непроглядную задницу? Потому как больше я тебя ни на чьи поиски не отпущу.

— Я бы попросила, — прохрипела Белла, — все было продумано и спланировано. Кто же знал, что на гонках орудуют работорговцы.

— Ну да, это же великий секрет, лапушка, — фыркнул Кирр. — Ой, я тебе сейчас даже больше скажу — и на органы отправляют, и на мясо в закрытые станции. В рабыни, наложницы. Да и так — на опыты. Химикам подпольным знаешь, как «шуршики» для экспериментов нужны? Платят щедро. Так что тебе, прелесть моя, еще очень повезло, — он снова пригладил ее зад.

Любя так, восторженно.

— А ну не смей, —шипела она.

Кажется, ко мне возвращалась привычная Белла.

— А что ты мне сделаешь? Ну? — Кирр словно дергал ее за косички.

Ответом был громкий рвотный позыв.

— Весомый аргумент, — наш сакали ощерился, — но не испугала.