Книга Танго с ненавистным капитаном, страница 211 – Мария Лунёва

Догадавшись кое о чем, приказал себе не спешить. Бережнее и деликатнее.

— Дыши, — прошептал, гладя ее бедра. — Дыши.

Она сделала глубокий вдох. Потом выдох. Ее хватка ослабла. Я снова осторожно потянул ее на себя. Чуть глубже. Она казалась такой горячей и тесной. Я медленно сходил с ума от желания. Ками застонала. Но уже по-другому. Не от боли. От нового чувства.

— Вот так, милая, — моя ладонь прошлась вдоль ее позвоночника. — Ты сверху, ты все контролируешь.

Она задышала и вдруг улыбнулась. В ее глазах я видел слезы.

— Люблю тебя, — выдохнув, она склонилась и поцеловала. Сама. Ее маленькие ладони обвили мою шею. Столько желания во взгляде... Страсти. — Люблю тебя, Маэр.

Движение. Она приподнялась и неуверенно опустилась, скользя по мне. Миллиметр за миллиметром. Ее лицо... прикрытые веки... приоткрытый ротик.Все это сводило с ума. Я смотрел на нее, не отрываясь. Мои руки лежали на ее бедрах. Только страховали.

Она приняла меня полностью. Села, опершись ладонями мне на живот. Ее глаза широко открыты. Дышала ртом. Мы замерли так. Слитые воедино.

Я приподнял бедра, углубляя единение. Ками ахнула. Ее голова запрокинулась. Тонкая шея, мерцающая в сумраке. Я наклонился и приник губами к ее ключице. Она вкусно пахла.

Просто сводила с ума

— Как же я тебя ждал, — тихо выдохнул, не справляясь с эмоциями. — Ты нужна мне, Камелия. Так нужна. Позволь любить. Дай быть нужным тебе. Забери меня себе, я прошу.

Мои руки вернулись к ее бедрам. Я начал задавать ритм. Нежный. Настойчивый. Я поднимал ее и опускал, помогая справиться со страхом. Она застонала. Ее пальцы впились в мои плечи.

— А теперь покажу, как еще можно. — выдохнул.

Я перевернул нас и оказался сверху. Оперся на локти, смотря ей в лицо. Оно было искажено страстью. Глаза блестели. Я снова вошел в нее, медленно, до самого конца. Она обвила меня ногами, притягивая к себе.

Я взял ее руки. Переплел наши пальцы. Прижал ее ладони к подушке. Она была полностью открыта мне. Я покорял ее не силой, а нежностью.

Каждый мой толчок откликался в ее стоне. И это сводило с ума.

Ее дыхание срывалось. Я почувствовал, как ее тело начало сжиматься вокруг меня. Волнами. Я ускорился. Все еще держа ее руки. Ее крик был беззвучным, он застрял у нее в горле. Ками зажмурилась. Ее тело выгнулось в одной долгой, прекрасной судороге.

И я окончательно потерял контроль. Толчок. По моему виску стекали капли пота. Выдохнув, содрогнулся и разлился в ней жаром. Тело накрыло расслабляющей волной. Я опустился на нее, тяжело дыша.

— Это и есть любовь, Ками, — прошептал хрипло. — Это когда отдаешь. Когда важен не ты, а тот, кого ты держишь в объятиях.

И только сейчас я отпустил ее руки. Она обняла меня, запуская пальцы в волосы.

— Хочу, чтобы ты всегда был рядом, Маэр, — ее дыхание разбилось о мою шею.

— Буду, — произнес как клятву. — Буду и сделаю все, чтобы ты, кроме меня, никого и не помнила.

Я скатился с нее и лег на бок. В глазах моей малышки не было ни робости, ни страха. Только тихое изумление. Я притянул ее к себе. Она прильнула щекой к моей груди. Мы лежали так, наслаждаясь друг другом. Ее пальцы медленноводили по моему животу, будто запоминая рельеф мышц. Я закрыл глаза. В мире не существовало ничего, кроме ее дыхания на моей коже и этого тихого, сладкого покоя.