Книга Танго с ненавистным капитаном, страница 79 – Мария Лунёва

И снова легкий поцелуй в волосы.

— Никто не обидит, Ками, никто. Не будет больше больно. Мы всех накажем. Всех. Веришь?

Я мелко закивала, не размыкая век.

— Умница, и не нужно бояться, что я почувствую твои эмоции. Поверь, я последний, кто высмеет их. Не смотри, что шучу порой грубо. Я за вас, мои сестрички, убивать буду. Не прячься от меня никогда.

Я снова закивала, и он стиснул меня, укладывая в своих объятиях. И в этом не было никаких грязных намеков, никакой пошлости.

Мне вдруг стало так легко.

Снова заплакав, я повисла на его шее. В мой страшный мир, что разделяла одна Белла, вдруг ворвался и этот неугомонный сакали.

Нас стало трое.

— Я не смогла сдержаться, когда услышала ее мольбы, — выдохнула. — Эти слова... Я не смогла...

— Я все понял, Ками, — он провел ладонью по моим волосам. — Ты молодец. Так с такими и нужно. Это не мужчины... Они падаль и не более. Ты сильная девочка, очень сильная. И нет ничего постыдного в слезах. И ты вовсе не грязная — их мерзость не может к тебе пристать. Насилием невинность души не отнимешь. И не запачкаешь ее. Им можно сделать больно, но не более. И боль эта лечится заботой и настоящей любовью. Я о тебе позабочусь, Ками, обещаю. Считай, что я твой настоящий старший брат. Сильный и до невозможности злой. Я злее и страшнее, чем все братья разом. И я обещаю, никто тебя больше не тронет. Я не позволю. Никому не позволю.

Всхлипнув, я пригрелась на его груди, убаюканная в сильных объятиях. Мысли постепеннопрояснялись, и я, засыпая, впервые за долгие годы почувствовала себя по-настоящему защищённой.

— Лучшего брата и не найти, — прошептала едва слышно.

— И не ищи, — пробормотал он. — Я уже здесь и всегда буду рядом.

Последующие дни протекали до невозможности однообразно. Привыкшая просыпаться очень рано, Ясмин взяла на себя заправку пищевика. Она с творческим подходом компоновала коробки с максимально совместимыми продуктами и на выходе получала весьма насыщенное меню.

А еще рыженькая натурально отъедалась и всегда носила с собой бутылочку с водой. Казалось, это для нее наивысшая роскошь.

Еще бы, после того как без капли во рту в клетке часами посидишь.

Как только умом не тронулась!

За ней по корабельным коридорам мускулистой и заботливой тенью скользил Мириш. Он не навязывал свое общество, но всегда был рядом — молчаливый, внимательный, но ненавязчивый. Помогал, где требовалось, но не более того. Держал дистанцию, давая девушке к себе привыкнуть.

На мне же остались стирка и поверхностная уборка в общих отсеках. Я не возражала. В конце концов, этот корабль принадлежал Лукеру — мужу моей сестренки. А значит, он был почти что семейным, и запускать его было ну никак нельзя.

Присев на корточки перед габаритной стиральной машиной, я с усилием выгребала из ее барабана гору вещей, буквально ныряя внутрь с головой. Обстирывать четверых мужчин — то еще занятие. Создавалось впечатление, что на них всё горит и пачкается само по себе... А эти вечные пятна...

Я незаметно для себя стала ворчливой.

«В чем они только не пачкаются? — мысленно бубнила я. — Вечно что-то чинят, смазывают механизмы бластеров, находят залежи какой-то черной, маслянистой пыли... Где? Ну где? Я же все тщательно убираю!»

Прямо хоть бери ведро с этой допотопной шваброй и направляйся в их трюм, чтобы навести порядок раз и навсегда.