Книга Ведьма и её тень, страница 51 – Нина Матвеева

Вся спесь слетела с него за время короткого разговора с матерью Алекса, и теперь она видела перед собой только плохо воспитанного самоуверенного мальчишку.

— Да, — сказала Полина.

— И?

Она некоторое время рассматривала его упрямую физиономию, с которой еще не до конца сошла краска, затем перевела взгляд на не менее раздражающий воротник — высохшие лапки и мордочка сиротливо лежали на дорогой коже. Слова сорвались с ее губ непроизвольно, а их смысл дошел до Полины только, когда она озвучила фразу целиком:

— Хочу похоронить твою лису.

Глаза Стефана шокировано расширились, а затем он и вовсе сделал шаг назад. Его неподдельный испуг показался Полине неожиданно забавным, и она даже не попыталась скрыть свой смешок. Скорее всего, это и стало последней каплей.

— Чокнутая, — произнес Стефан под нос, поспешно обходя ее стороной.

Дождавшись, когда его фигура скроется в дверях, Полина двинулась в банкетный зал. Она нашла Алекса в обществе Эльвиры Филипповны и еще одной женщины, имя которой не отложилось в памяти, ибез всяких предисловий предложила ему отправиться по домам.

Неприятный инцидент, который произошел в холле, Полина решила оставить при себе. Она не хотела становиться причиной ссор, да и вообще сомневалась, что когда-нибудь пересечется со Стефаном снова. А, значит, проще было обо всем забыть.

— Кстати, я встретила твою маму, — сообщила Полина, когда они с Алексом вышли на улицу. После помещения ночная прохлада пробирала насквозь, и все равно снаружи находиться было гораздо приятнее. — Вы успели поболтать?

— Нет.

— Тогда, может, ты останешься? Я уеду на такси, — предложила она.

— Я не собирался с ней болтать. У нас лимит на общение, и он был исчерпан, когда я просил ее забрать тебя из деревни.

Голос Алекса звучал совершенно обыденно, а Полину настолько удивило услышанное, что она замедлила шаг. Ей впервые приходилось слышать про лимиты общения.

— Шутишь?

— Нет, — ответил тот серьезно.

На улице было уже темно, и при всем желании Полина бы не смогла рассмотреть нити, однако в этом не было никакой необходимости. Слова Алекса настолько заинтриговали ее, что Полина продолжила думать об этом даже, когда они отъехали от Избы.

— Мне показалось, что твоя мама очень любит тебя, — проговорила она, испытывая неловкость за свое настырное любопытство. — По разговору, по крайней мере.

Алекс взглянул на нее растерянно, будто давно уже упустил нить их разговора, но затем все же ответил:

— Я бы сказал даже чересчур. Настолько, что иногда устаешь.

— Ах, вот оно что, — торопливо пробормотала Полина. Теперь, когда картинка заиграла по-новому, эта ситуация казалась ей еще более удивительной. — Я просто подумала, что это она не хочет общаться, потому что…

«У нас с мамой было так», — закончила она уже про себя.

На самом деле все было не совсем так, а немного сложнее. Когда она вышла замуж и переехала к Максиму, отношения с матерью сильно улучшились. В один миг Полина из обузы вдруг превратилась в дочь, которая смогла найти мужа, а на расстоянии ее матери, видимо, было гораздо проще проявлять теплоту и искренность.

И все же, было наивно предполагать, что все семьи устроены так же.

— Слышала про гиперопеку? — спросил Алекс, криво улыбнувшись. — Моя мать зациклена на мне. Сложно ее за это винить, я рос очень болезненным ребенком, до пятилет даже не разговаривал. Ей пришлось буквально сражаться за мою жизнь и здоровье.