Книга Изгнанная жена ледяного дракона. Вернуть сына!, страница 111 – Адриана Вайс

Каждый раз, при слыше этого плача, сердце болезненно разрывается на части, а я пребываю в полнейшей растерянности.

Не меньшего замешательства прибавляет и сам Бьёрн.

Нет, он исправно держит свое слово, и я действительно его не вижу. Но время от времени к нам в комнату поднимается растерянный хозяин таверны, в которой я снимаю комнату. Пожимая плечами, он передает подарки, которые ему вручают неизвестные ему люди, как он выразился, “весьма суровой наружности”.

Так, первые подарки оказались зимней одеждой. Причем как женской, так и детской. Совсем крошечные, будто бы игрушечные камзольчики из толстой ткани, костюмчики отороченные мехом и шерстяные дорожные платья с меховыми накидками.

Первым моим порыв было отказаться от этого, но, поговорив с фру Эльвин, мы решили оставить все. Сейчас одежду для Ульфрида действительно непросто найти, а я сама до сих пор хожу в чем попало. Сбежав из замка Бьёрна в куртке фру Эльвин, я так и не обзавелась ничем другим, кроме повседневной одежды, которуюмне подарили в особняке Брэндона и заставе у Снежного Пика.

Видимо, как-то по-своему расценив то, что я приняла одежду, следом за ней следуют подарки в виде крохотной люлечки с миниатюрной подушечкой и одеяльцем, а потом – подвески для люльки, игрушки и многое другое.

И все из этого я встречаю со смешанными чувствами. С одной стороны, я понимаю, что сейчас это действительно то, что нужно Ульфриду. Но с другой, могу ли я принять? Да, хоть ни на одном из подарков нет никакой записки о том, что они от Бьёрна. Но от кого еще они могут быть?

А вот фру Эльвин, наоборот, встречает каждый подарок с воодушевлением.

– Бери, бери, бери! – с широкой улыбкой машет руками она, – Считай, что ты таким образом наказываешь Бьёрна за все свои страдания. И даже так, это слишком малая цена. Не говоря о том, что они же тебя ни к чему не обязывают.

Если смотреть в этом ключе, то она права. Эти подарки и правда меня ни к чему не обязывают. Однако в груди все равно остается странное ощущение смятения, будто я до сих пор не могу определиться с чем-то важным.

Впрочем, это ощущение постепенно отступает, когда приближается последний день Йоля. Со всеми нашими друзьями мы договариваемся встретиться у йольского дерева, которое перенесли из пострадавшего центра в северную часть города. Мы хотим отметить праздник вместе, чтобы навсегда сохранить в себе эти яркие незабываемые ощущения. Тем более, что для каждого из нас эта встреча стала, своего рода, судьбоносной.

Досталось даже Брэндону. К которому, оказывается, приходил Бьёрн, который признал его мастерство и предложил место в своем отряде. И, хоть Брэндон вежливо отказался, Бьёрн сделал более щедрое предложение – создать и возглавить факультет ментальной и иллюзорной магии во фростландской магической академии.

Что примечательно, во время переговоров, Бьёрн даже виду не показал, что как-то раздосадован или обижен на то, что именно благодаря иллюзии Брэндона его водили за нос все это время.

– А говорил он что-нибудь про нас с Ульфридом? – неожиданно для самой себя спрашиваю Брэндона.

– Только то, что если бы я попробовал скрыть вас подобным заклятием сейчас, у меня ничего бы не получилось, – ухмыляется Брэндон, – Даже если бы я сделал облик самой уродливой старухи, которую только смогу выдумать.