Книга (Не) Случайная невеста, или Жених поневоле, страница 14 – Валентина Элиме

Его улыбка мне не понравилась. Было в ней что-то такое, от чего по спине пробежались мурашки.

Герцог же взглянул на меня. В его глазах я увидела удовлетворение от заключенной только что сделки.

С чего бы вдруг?

Глава 5. Прощание

Василиса

Тут зашумели гости. Многие из собравшихся в храме знали не только Вэализ, но и герцога. Они захотели поздравить нас. Принцу пришлось отойти в сторонку. Несмотря на происходящее, гости улыбались и желали нам счастья. Приходилось выдавливать из себя улыбку и принимать их пожелания.

Самыми последними подошли родители Вэализ. Отец смотрел на нее хмуро и холодно. Он даже не обнял дочь.

— Помни дочь о долге, — сухо проговорил он. — Мы растили тебя не для этого, но ты сама пошла на такой шаг. Сама выбрала свою судьбу. Теперь ты носишь имя супруга и обязана подчиняться ему. Куда он, туда и ты.

Граф говорил четко, будто не с дочерью прощался, а зачитывал какой-то указ короля на казнь. В его взгляде не было ни тепла, ни сожаления. В конце своей краткой речи он протянул в мою сторону руку. Я машинально схватилась и прикоснулась к его пальцам холодными губами. Прощание отца с дочерью больше походило на прощание врагов.

— Отец, — прошептала я, но граф уже отвел взгляд, глядя куда-то поверх моей головы.

Леди Тависаль же удивила. Элеонора кинулась к дочери и заключила в свои объятия, как все любящие матери. Графиня беззвучно рыдала, крупные слезы катились по ее щекам, падая на мое платье.

— Дитя мое, — всхлипывала она, судорожно сжимая меня в своих объятиях, будто хотела защитить. — Девочка моя. Как же так? Как ты теперь будешь? На краю империи, одна. Там же… — матушка не договорила, но отчего-то боялась озвучить слово чудовище.

— Все хорошо, матушка, — сдерживая слезы ответила я.

Пусть леди Тависаль была мне никем, но я находилась в теле ее дочери. К тому же, только сейчас на меня нахлынуло осознание, что я совсем одна. Меня увезет герцог, что стал мне мужем пару минут назад. Я не знала куда. Я не знала, почему он находился в опале. Я не знала, почему именно его сослали на границу империи. Я не знала, про какие чудовища все говорили. Я не знала по сути ничего.

— Ты пиши мне почаще, дочь, — леди Тависаль гладила меня по лицу, словно пыталась запечатлеть в своей памяти черты дочери. Поправляла выбившиеся из прически пряди и плакала. — И прости нас. Прости… — она хватала меня за руку, выражая не только свое бессилие и боль, но и невысказанную любовь. А времени было так мало.

— Элеонора! — графинявздрогнула от голоса графа. Она разрывалась между долгом перед мужем и материнским отчаянием. Ей было тяжело отпустить дочь.

— У меня все будет хорошо, — увереннее проговорила я, сжимая руки графини. — Просто молись за меня.

Я сама сделала шаг назад, отпуская леди Элеонору. Взглянула на графа, но у того было все такое же непроницаемое лицо. Незачем было рвать душу и сердце. Долгое прощание — долгие слезы. Чета Тависаль отошла в сторонку.

В самом конце ряда поздравляющих нас оказался принц. Гости уже начали покидать храм, но многие все же задерживались, косо поглядывая в нашу сторону. Ждали продолжения, чтобы потом смаковать за ужином пересказывая ближним?

— Поздравляю, Вэализ, — Демьян схватил мою руку и запечатлел на ней поцелуй. — Будь счастлива, насколько это возможно на границе империи.