Книга Призрак отеля «Белая выдра», страница 110 – Лена Тулинова

Но офицера подозвал, махнув ему рукой.

Хайстейлер (Тати всё никак не могла произнести эту фамилию даже мысленно!) склонился к детективу и выслушал указания. Затем изобразил кислую мину, глядя на Тати:

– Ваш муж может остаться. Но за номером будем наблюдать. Домашний арест.

Девушка хотела возразить, но затем махнула рукой.

– Когда подлечитесь, - с усилием сказала она Хедмунду, – я попрошу вас рассказать, что было с Далией и как вы упустили Айзингера. И как вы оказались в моей кровати!

– Понял, – просипел детектив, - буду лечиться подольше.

На том они и расстались. Вскoре посреди развороченнoго, как после нападения бандитов, номера люкс, не самого роскошного в отеле, но некогда уютного, остались только Кайетан и Тати.

– Ну вот, – уронив руки, сказала она.

И долго не могла ничего добавить. А Кайетан и вовсе не мог вымолвить ни словa. Но Тати уже успела привыкнуть к молчаливому призраку.

– А! – вспомнила вдруг она. - Твоя трость!

И вынула из кармана тяжёлое навершие.

– В другой раз, когда будешь прятать, оставь мне пару подсказок, – попросила Тати и слабо улыбнулась.

Кайетан взял её руки в свои, и шармежду ладоней девушки стал наполняться теплом. Так и должно было случиться, подумала она. Так и должно было стать!

У неё перемкнуло в горле. Может быть, от волнения, а может, от боли, причинённой Айзингером. Но к чему слова, если можно обнять Кая крепко-крепко, прижаться к его груди, ощущая, как он дышит в макушку, и слушать, как бьётся его сердце?

Понадобилось ещё два дня, прежде чем Кайетан с уверенностью сказал, что он теперь двумя ногами в этом мире и даже не думает вернуться в тот. Он так и не помолодел до того облика, в каком запомнила его Тати, и выглядел лет на сорок, а не на прежние тридцать, но она его охотно простила за эту малость. Феоктия считала, что так получилось оттого, что ему ни в коем случае нельзя было нарушать свой покой, на что Кайетан разумно отвечал:

– Вините в этом моего бывшего друга Этельгота Айзингера.

– Ну, голос к вам вернулся, - заметил Ольви Хедмунд, который навестил номер люкс на четвёртом этаже, едва узнал, что гроссмейстер может дать показания. - А всё остальное как? В порядке?

Тати зарделась и спрятала лицо на плече мужа, рядом с которым сидела на диване в ожидании захватывающей дух истории. Кай нарочно придержал её до прихода детектива, чем изрядно подогрел любопытство девушки.

Вопрос Хедмунда остался без ответа, но он и не требовался.

– Я по вашим лицам вижу, что в порядке, - не без грусти в голосе сказал детектив. – А ведь я было почувствовал надежду, когда ваш поцелуй разбудил меня от колдовского сна, Тати!

– Это было искусственное дыхание, – сдавленным голосом ответила она, ощущая, что краснеет.

– Ну, возможно, возможнo, – сказал Хедмунд, посмеиваясь. - Что ж, я никогда этого… дыхания не забуду. А теперь я жду вашего рассказа, гроссмейстер те Ондлия.

– После всего, что тут было, – сказал Кайетан с улыбкой, – после искусственного дыхания с моей женой и прочих почти интимных вещей мы можем считаться если не родственниками, то друзьями. Так что давайте перейдём на «ты».

– После того, как я запишу показания, - улыбнулся Хедмунд, - я готов даже и не на такие жертвы. Но только после.

Тати заметила, что, несмотря на состязание «кто кого переулыбает», у обоих были серьёзные глаза. Да она и сама не очень-то была расположена веселиться: очень уж волновалась.