Онлайн книга «Призрак отеля «Белая выдра»»
|
– Я слышал, - сказал Этельгот, – что эта шарлатанка тебя донимает. – Ты о ком? - не понял Кайетан. – О той гадалке, что внушает тебе ложные надежды. – Ах, Магония, – обронил Кайетан. – Надежды не такие уж ложные, мой друг. – Между нами… снова дружба? – вопросил Этельгот, высоко подняв тёмные густые брови. – Предположим, - осторожно ответил Кайетан, только что исключивший бывшего товарища из завещания. – Прекрасно, – улыбка Этельгота показалась гроссмейстеру хищным оскалом. Лиссабета заглянула в гостиную совсем некстати. – Ты готов? – спросила она, стрельнув глазками на Айзингера. Этот человек был настолько красив, что на него заглядывались даже призраки! – Буду готов через минуту, – ответил Кайетан. – К чему? - спросил Айзингер. Лиссабета подплыла к нему поближе и радостно сообщила! – Мы собираемся вернуть сюда Тати! Ууу, какой ты сейчас недобрый. Умел бы морозить взглядом – уже заморозил бы всех! И вдруг отшатнулась. – Я ошиблась, гроссмейстер, - сказала она. – Я ошиблась! – Вам пока лучше скрыться, фру Лиссабета, радость моя, – сказал Кайетан. – Нет, нет, нет, – заныл призрак. Айзингер оскалился ещё неприятнее и попытался изгнать её, но лишь сделал немного прозрачнее и лишил голоса. Лиссабета схватилась руками за призрачную шею и всем своим видом показывала, что недовольна. Она вилась вокругЭтельгота, словно муха. – Фру те Ховия! – уже строже прикрикнул на неё Кайетан. – Вернуть сюда Тати, - хрипло сказал Айзингер. - Тати. Ты её нашёл? – Пока нет, - ответил Кайетан. - Но она проводит меня к ней. Я скоро вернусь, а затем у меня есть к тебе разговор. – Говори сейчас, – отрывисто велел бывший друг. – Сейчас еще не время. Беседа будет серьёзная и, думаю, долгая – она касается нового завещания. – А что не так с завещанием? - с подозрением спросил Этельгот. – Я включил в него Тати. С этими словами Кайетан вытащил из кармана цепь с медальоном и надел на шею. Так ему было спокойнее, что он не утратит важную часть артефакта. И перед тем, как выпустить локет из руки, открыл его и взглянул на миниатюрное личико внутри. Тати! В груди потеплело от одного только имени, произнесённого про себя. Тати! Он поцеловал портрет и прядку, сотворённые магией – пусть они были только копией, но точной копией! Этот жест и вывел Айзингера из себя. Он набросился на Кайетана, повалил и принялся душить цепoчкой. Если бы она не выдержала и лопнула – всё было бы иначе. Но цепь оказалась очень крепкой. Ошибка Кайетана оказалась фатальной: он сделал звенья цельными, и они не могли разoмкнуться. Какое-то время он упорно сопротивлялся – один раз даже почти избавился от мёртвой хватки рук Айзингера. Свет погас. Всё исчезло, раcтворилось в зябкой ряби, заполнившей пространство. Вот как, значит, это бывает? Кайетан Готлиф те Ондлия машинально провёл рукой по груди, желая нащупать прохладный металл, но пальцы ничего не коснулись. Тогда гроссмейстер посмотрел на себя и увидел только чуть покачивающееся голубоватое свечение. Оно пришло в движение, едва послышались голоса. – Господин те Ондлия! Гроссмейстер! Кайетан! – звали они. Среди них прoрезался один особенный – женский, чуть хрипловатый. И тогда Кайетан увидел дверной проём, будто бы ведущий в егo собственный кабинет. А с той стороны стояла женщина – силуэт в белом платье, и красным пятнышком виднелось на её груди мерно бьющееся сердце. |