Онлайн книга «Аленький злобочек»
|
Флора эта смотрела на Настю алыми лепестками распустившегося бутона, который вдруг разрезала напополам улыбка… с зубами… Как и сулила Настасья воображаемым покупателям: “здоровыми и красивыми”… Платон Платон не находил себе местаи был готов рвать волосы на голове. Но какой смысл? Как только до Мажьего Синода дойдет, что он натворил, его все равно побреют. За такое можно до конца жизни лишиться права на мажескую деятельность. Это если без жертв среди мирного населения обойдется. А если не обойдется, не дай Семаргл, то и на каторгу пожизненную загреметь недолго. В антимажеских браслетах. Когда Платон понял, кто откликнулся на призыв, ему стало так страшно, что, казалось, страшнее некуда. Точнее, кого именно он призвал, Платон не понял, – на свое счастье. Но потом стало еще хуже. Пока будущий орденант в испуге перебирал защитные чары, дух сорвался! И ладно бы ушел за грань. Нет, он остался в Яви! Поисковым заклинанием Платон сумел определить вектор, где расположилась бестелесная сущность – где-то в соседском дворе, на который выходили окна его комнаты. Платон с ужасом прислушивался: не голосят ли там? Не грохнуло ли чего? Не заполыхало? Страшно подумать, что может свершить такая могучая сущность в дурном расположении духа! Всю ночь он провёл, мечась из паники в ужас и обратно, и к утру был целиком вымотан неопределенностью и отчаянием. Со стороны соседей ощущались остаточные эманации, которые утверждали: дух на месте, но затаился. Вряд ли его сейчас смог бы учуять случайный маг. Но это ровно до того момента, пока сущность не покажет себя. С плохой стороны. Платон решил, что не выдержит сидеть дальше в неведении и ждать с моря погоды. Нужно действовать! Он надел выходной сюртук, чистую рубаху, завязал галстук по последней моде… Медведев предпочел бы избежать лишних знакомств в местном захолустье. Но раз уж без этого никак, нужно хотя бы выглядеть прилично. Попытался пригладить волосы, но они упорно торчали в разные стороны и не желали укладываться даже с использованием магии. В дверь постучали. – Сударыня Мария Михайловна вас, Платон Алексеич, завтракать зовут-с, – сунула нос в дверь Алевтина, тетушкина горничная. – Благодарю. Платон степенно кивнул. Служанка была миленькой, но он в Заонежъ не любови крутить приехал. Да и не до них теперь, когда злобная сущность притаилась под боком. Зато какая бесценная возможность получить навыки духоборства! Не то чтобы Платон о ней просил… – Так вы, сударь, идете? – поторопилаАлевтина. – Иду, иду. Медведев бросил последний взгляд в зеркало. Если закрыть глаза на взъерошенные волосы, то хорош. Тетушка изволила завтракать в столовой. За широким столом, рассчитанным на большую семью, чинно восседала привычно бледная Мария Михайловна, хозяйка дома. В юности она вышла замуж за вдового купца Синичкина. Тётушка стала его третьей попыткой получить наследников, но ни одна из жен так и не порадовала Федосея Карповича. Он был мужчиной состоятельным и наследство супруге оставил немалое. После смерти мужа тетушка начала чахнуть. Лекари не могли определить корня болезни и лишь бессильно разводили руками. Моложавая для своих неполных сорока лет тетя Маша угасала буквально на глазах. – Доброе утро, тетушка! – поприветствовал Платон. – Доброе, Платоша. Что-то ты бледен сегодня. – Хозяйка подняла взгляд от почти полной тарелки с кашей, по которой безучастно водила ложкой. |