Книга Рассказы. ПРО_ЗАмерший мир, страница 13 – Коллектив авторов, Вера Сорока, Журнал «Рассказы»

Трезвая лейтенант Белоусова так не поступила бы. Она вслух произносит эту фразу, и язык не может четко связать слова. Сука. Куда я. А разве не этого хотела? Разве не за такое надо благодарить по утрам жизнь? И вообще, я написала заявление, все, меня нет. Может, с ним, за границу?

Она ведет машину осторожно, слишком резко жмет на тормоз. Тут ехать – пять минут, почти по прямой. Сворачивает с Дзержинского на Татарскую, улица пуста, можно и прибавить газу. Пугается скорости, снова вдавливает тормоз слишком сильно, «мерс» ведет в бок, и он чпокается в столб.

Она выходит, бьет ногой по серебристому крылу. Вон дом. Хер с ним. Оставлю тачку здесь. Пикает сигналкой и идет. Лейтенант Белоусова объявляет режим «насрать». Смеется громко, пусть все слышат.

«Дверь открыта».

Она поднимается на пятый этаж, подъезд тих, ни телевизоров в квартирах, ни ругани, ни детского плача. Ноги дрожат, и она держится за перила. Лестничные пролеты накладываются один на другой, кажется, что их слишком много, но вот ступеньки заканчиваются – четыре двери, люк на чердак, детский велосипед, черная железная дверь, добро пожаловать.

Она заходит. Темно. Коридор, справа комната, дверь открыта. Останавливается в проеме.

Он сидит в кресле у большой кровати. Весь в черном, на голове – маска с прорезями для глаз. Прикладывает палец к невидимым губам. Лейтенант Белоусова испытывает головокружение.

И желание.

Он встает, подходит и крепко хватает ее за плечи.

– Макс?

Он кивает.

И ей как будто достаточно.

Он рвет одежду на ней. Уверенно и методично, как мясник обдирает шкуру. Она остается в одной юбке. Снимает туфли. Летит на кровать, комната вращается.

– Я хочу… – шепчет она. – С тобой. Уехать. И вдруг начинает рыдать.

Он рычит.

Сдавливает ей грудь. Ведет рукой по шее, по лицу, пальцы взъерошивают волосы. Она хочет перевернуться набок, спрятаться в подушке, но он крепко прижимает тело, сидит сверху на ней, она чувствует тяжесть Макса, чувствует, какой он здоровый, мощный, сильный, как она и хотела. Слез больше нет.

– Иди ко мне! – зачем‐то кричит она, ведь он уже здесь, рядом.

Она вспоминает, что хотела бы зацеловать его шрам, и тянется рукой к маске, но он перехватывает руку, достает из-за спины наручники и смыкает кольцо на ее запястье. Лейтенант Белоусова задержана.

Ей кажется, что он волнуется, и это заводит, значит, он ждал этой встречи, фантазировал о ней и теперь не совсем понимает, что именно хочет сделать, а она готова на все, она пришла сюда на съедение, залезла в рот волку, так пусть закрывает пасть.

Он спускает с себя штаны, лезет к ней под юбку, тащит трусы вниз, входит в тело лейтенанта Белоусовой с громким выдохом. Никогда ей не было так. Боже. Спасибо. Да. Я благодарна, благодарна.

Стоит ей закрыть глаза, как все прыгает и кружится. Все тело сводит в судороге, она орет громко, потому что хочет выкричать всю свою жизнь, чувствует, что он тоже сейчас взорвется, вдруг думает про презерватив, которого у него не было, ну и ладно, Макс, ладно, пусть ты оставишь во мне себя, я этого действительно хочу. Он вздрагивает внутри нее. И еще. Из него будто вышел весь воздух. Она лежит, и ей кажется, что рай оказался в пятиэтажке на перекрестке Татарской и Пушкина.

Макс встает, со спущенными штанами уходит. Открывается кран, она слышит воду и как он сморкается. Глаза открывать не хочется. Как только она снова посмотрит на мир, все опять будет так же хреново.