Онлайн книга «Рассказы 16. Милая нечисть»
|
Голландия… Сказочная страна синих мельниц, нарядных домиков и маленьких лошадок с тележками… Тихон мотнул головой. – Нет, мне в Англию надо. – Любите фы, русские, фсе английское, – пренебрежительно фыркнул Клабаутерман. – А за что любите, и сами не знаете. Таких фысокомерных тфарей, как альбионцы, специально искать будешь – не найдешь. Хоть гругашей фозьми… – Что?! – Тихон рванулся вверх по бочкам. – Где ты гругаша видел? Здесь? Когда?! Голубенькие глазки Клабаутермана весело заблестели. – Приятель тфой? Уж не тебя ли он три дня ждал? Фсе корабли ф порту перебрал и от каждого нос форотил. То имя не нрафится, то боцман косой, то паруса грязные. Так и метался, пока сегодня один купец не приехал тофары фстречать. – Мерлиз?! – У Тихона оборвалось сердце. – Он самый. Гругаш его как уфидел, так сразу на «Королефу» запрыгнул, и на паруса не посмотрел. Если у тебя дело срочное, можно записку отпрафить с чайкой. Фсего за рубль. Тихон высмотрел удаляющиеся мачты «Королевы Виктории». Как быстро плывет груженый корабль? Чайка, конечно, догонит. Только нет таких букв, чтобы написать, как душа болит. А может, он еще успеет? – Благодарствую! – Тихон потряс мозолистую руку корабельного, скатился с бочек и побежал. Клабаутерман озадаченно покрутил головой. Чего только на свете не случается! Будет о чем рассказать приятелям за кружкой пива. * * * Порт не спал даже ночью и оказался настоящим лабиринтом. Тихон шнырял между тюками, бочками, бухтами толстенного каната, штабелями досок и ящиков. То и дело шарахался от пьяных матросов. И уже понимал – не успеет. «Поклониться царю морскому… – бились в голове лихорадочные мысли. – Чтобы не потопил… Доплыть, догнать…» Грязная вода в гавани пахла гаже речной. Тихон осмотрелся, приметил широкую просмоленную доску. Пыхтя, потащил ее к краю причала. – Тихон! Он решил – померещилось. Замер, не смея обернуться. – Тишенька… Сердце забилось пожарным колоколом. Домовой выпустил доску и несмело повернул голову. Гругаш стоял в трех шагах. Чужая матросская рубаха промокла насквозь, волосы скручены в небрежный узел. – Ты же… – Тихон облизнул пересохшие губы, – на корабле… Спрыгнул, что ли? Как же ты? Ведь плавать не умеешь! – Как-то сумел, – гругаш несмело улыбнулся. – Мне почудилось, что ты где-то поблизости. Они постояли, потупившись. – Ко мне пришел? – еле слышно спросил гругаш. – К тебе, – еще тише ответил домовой. – Нет мне без тебя жизни. Захочешь – в Англию с тобой уплыву. А захочешь – на край света. Он моргнуть не успел, как гругаш оказался рядом. – Любишь все-таки… И я тебя люблю. – Правда? – Я никогда не лгу. Не могу лгать. – Худощавые руки об хватили Тихона за шею. Домовой неловко ткнулся носом в мягкие волосы, каким-то чудом еще пахнущие ромашкой. Знать, такая у него судьба непутевая. И не надо ему другой. – Корабль-то уплыл. А следующий – с железом. Тебе на нем плохо будет. – Да что корабль! Давай лучше у троллей поселимся. Ты так красиво про их землю говорил… И я хочу еще раз попробовать мухоморовку. Тихон задохнулся от облегчения. Нравы у троллей не в пример более вольные, чем у домовых. О лучших соседях и мечтать нельзя. И через море это ужасное не плыть! – Вот и хорошо, – прошептал он. – Вот и ладно… А все-таки… девкой ты краше. Переменись, а? На этот раз смех гругаша прозвучал легко и чисто, словно заиграла целая, без трещинок, дудочка. |