Онлайн книга «Рассказы 23. Странные люди, странные места»
|
Ольга просияла: – Спасибо, милая! Хорошей же ты будешь… Скрипнул стул, Толик поднялся с места. – Я наелся, спасибо. Пойду. – А чай? – влезла Ольга. Толик не ответил, ушел из кухни, тяжело топая и сопя. Соседка вытерла полотенцем губы и доверительно спросила у Карины: – Чего это он, я разве обидела чем-то? – О, вам в алфавитном порядке перечислить или так, по памяти? – Карина не посмела взглянуть соседке в глаза. – Мне тоже что-то есть расхотелось. Вы доедайте, можете и чаю попить. Чувствуйте себя… И, не договорив, Карина вышла из комнаты. Ольга осталась одна. * * * В последнее время Ольгина непосредственность перешла все границы – честно говоря, Карина побаивалась неугомонной соседки. То та притащит крем для лица в черной банке и, не слушая возражений, примется мазать его Карине на лицо. То замолотит в двери ногой и заорет пароходной сиреной, когда Карина попытается хоть немного посидеть в тишине. То купит абрикосов, подгнивших и переспелых, а потом заставит съесть почти целый килограмм, «для здоровья». Ее забота превращалась в насилие. Карина с мужем шла в театр, и ей чудилось, что Ольга прячется за портьерами, подглядывает, готовясь вставить пару ремарок по поводу внешнего вида или выбора постановки. В маршрутках незнакомые бабки за плечами дышали, словно Ольга, подслушивали разговоры, и сердце в груди пропускало удар. Да и потом, ее лицо… В нем постоянно что-то менялось. То губы распухнут, надуются, то через пару дней превратятся в небольшие белые полоски. То по щекам побежит россыпь багровых прыщей, а на утро от них и следа не останется. Даже родинка, огромная родинка с черным жестким волоском в конце концов куда-то подевалась. Карина подумывала записаться к психиатру на прием и нервно хихикала, замечая что-нибудь новенькое. Запрещала себе вспоминать об этом, думать об этом, говорить об этом. Вдруг и правда упекут в психушку… А может, Ольга вообще шпионка? Шифруется там, грим и силиконовые накладки, тайны и опасности… Да уж, до сумасшествия действительно рукой подать. Ольга пряталась за стеллажами в магазинах, и Карина чувствовала это каждый раз, когда покупала рис или пряники. Случалось, соседка в самом деле выпрыгивала из бокового прохода, улыбалась и кричала во всю мощь легких: – Кариночка, здравствуй! Но чаще всего это была просто паранойя. Даже с покупками Карина возвращалась как под обстрелом: озиралась по сторонам, втягивала голову в плечи. Долго медлила, не решаясь зайти во двор, вглядывалась – не шелохнется ли занавеска на окне у соседки? Не выйдет ли она сама из подъезда, подволакивая ногу? Ходила Ольга с большим трудом, и порой Карине по ночам чудилось, что соседка глухо воет за стенкой. А может, это и не она была вовсе. Кипучая кровь стучала в висках, солью отдавала на языке. Карина репетировала – как отреагирует на появление соседки, как будет отбрехиваться от нее, что скажет, только бы сбежать побыстрее… Проговаривала на разный лад: и умоляла, и ругалась, и просила оставить их в покое. Почти бегом добиралась до подъезда. На цыпочках поднималась до квартиры, готовая ринуться вниз при любой возможности. Тихо. Успокойся, она не выйдет. Ключи дрожали в руках, Карина с седьмой попытки попадала в замочную скважину, бранясь шепотом и пунцовея щеками. За спиной щелкал замок. Постукивание палочкой, довольный голос: |