Книга Рассказы 25. Гипотеза мироздания, страница 65 – Ольга Цветкова, Журнал «Рассказы»

– А теперь смотри.

Асфальт перед ними начал стремительно проседать. Памятник Ленину мигом позже провалился под землю, и от той ямы, в которую он обратился, к дороге побежали огромные трещины; из них пахнуло чем-то древним и затхлым, от чего оборотень недовольно зарычал.

– Пошли. – Жанна поманила волколака за собой; тот повиновался… хотя с большим удовольствием откусил бы ведьме ее бледные руки одну за другой, а потом впился бы в худосочное тело, чтобы хоть на мгновение унять этот нечеловеческий голод.

Какое-то время они спускались вниз, в беспросветный мрак, по высеченным в незапамятные времена ступеням. Долго шли по длинному тоннелю вдоль мраморных стен, усеянных таинственными письменами; свернули в какие-то сырые катакомбы, где пахло ядовитыми грибами и плесенью. Всю дорогу Жанна освещала их путь маленьким, но ярким зеленым огоньком, пылающим над ее разверстой ладонью. Затем, когда Жене стало казаться, что они заблудились, колдунья тихо сказала:

– Сейчас мы поднимемся внутрь Глиняного Кургана. Приготовься напасть по моей команде. Скорее всего, Марфа уже призвала дух Эдуарда, возможно нам удастся застать ее врасплох.

Женя в своем новом состоянии говорить не мог, но все прекрасно понимал. И хотя все его силы уходили на подавление дикой жажды охоты, он прекрасно помнил, в чем его цель.

Месть. Месть за всю эту дрянь, в которую его втянула Верховная Глиняного Кургана. Месть казалась ему не просто закономерной, а почти физически необходимой. Сильнее, чем пожирать мясо, ему хотелось увидеть, как ведьма падет под натиском его животной ярости.

Животное. Грязное, одинокое и несчастное. Теперь он знал, как чувствовал себя волколак Эдуард, беглец с севера. Никому не нужный, всюду гонимый, всеми презираемый. Значит, такую жизнь уготовила ему Верховная? Нет, он не согласен!

Очередной ряд ступеней был выдолблен в цельном куске горной породы. Поднимаясь по ним, Женя думал: сейчас он увидит ведьму и дух его собрата, терзаемый мстительной фурией. Тогда он отомстит за обоих…

* * *

Изнутри Глиняный Курган оказался маленьким, сырым и грязным. Посреди высокой земляной насыпи здесь стоял черный каменный стол, на краю которого сидела маленькая, сухонькая старушка в каком-то тряпье и нянчила крошечный сверток. От свертка во все стороны расходилось нежное белесое сияние; увидев его, Женя на мгновение остолбенел.

– Вы пришли, – сказала Марфа Петровна, не отрывая взгляда от мертвого внука.

Жанна тихо выругалась, быстро вскинула руку, но еще быстрее невидимая сила сшибла ее с ног.

– Я знала, кто-то сегодня к нам придет. Верно, маленький? – Верховная звонко рассмеялась; в этом смехе читались и снисхождение, и старческое ехидство, и затаенная до поры злость. Но куда громче в нем звучала тоска, от которой не было спасения.

Жанна вскочила на ноги, глаза ее мерцали искрами, с кончиков пальцев струилось ядовито-зеленое пламя.

– Ты! Ты все подстроила!

– Ну что ты. – Марфа Петровна подняла на них свои усталые, красные от слез глаза и повторила: – Я просто знала, что кто-то сегодня придет.

– Стерва!

Жанна бросилась вперед зеленой ракетой; Женя в своей жизни не видел ничего подобного. Однако старушка не растерялась, сверток исчез из ее костлявых рук, а его место занял бледно-желтый нож, который она моментально и точно метнула в соперницу. Та увернулась в полете, но не избежала ранения – лезвие поранило ногу и оросило землю темной кровью.