Книга Рассказы 30. Жуткие образы ночных видений, страница 28 – Артём Скороходов, Дарья Странник, Ольга Цветкова, и др.

– На редкость унылое зрелище, – прокомментировал Айзен, но ему никто не ответил.

Затянувшееся молчание прервал доктор Лисицын:

– Господин полицейский, утолите мое непомерное любопытство. А зачем вы направляетесь в столицу?

– Не ваше собачье дело, – ответил Айзен и возмущенно встопорщил усы.

– Это было очень грубо, – заметила женщина. – Вы вообще, похоже, не очень хороший человек. Полицейские стоят на защите простых людей и поэтому должны…

Айзен захохотал. Он смеялся так искренне и громко, что от звуков его голоса проснулся их четвертый попутчик. Он открыл глаза и недоуменно уставился на здоровяка. Смех перешел в хрипы. После чего полицейский попытался отдышаться, держа себя за грудь в районе сердца.

– Мадам, – наконец выдавил из себя полицейский, – вы чудовищно глупы. Я, конечно, много отребья в своей жизни повидал, но таких тупиц, как вы, надо еще поискать. Защита простых людей… Это ж надо!

– А обед уже давали? – неожиданно спросил четвертый попутчик.

Все недоуменно посмотрели на него.

– Чего смотрим? Обед был уже?

– Нет, – с легкой улыбкой ответил доктор и пригладил свою прическу.

– Разбудишь, когда дадут, – ответил ему попутчик и завернулся в шубу, явно намереваясь спать дальше.

– Извините, уважаемый, а как вас зовут?

– Меня-то? – снова открыл глаз лохматый. – Ярмо. Так меня зовут. Ярмо. Ну ты понял? Разбудишь, когда жрачево принесут?

– Всенепременно, – улыбнулся ему доктор. – Если – вдруг – тут будут подавать обед, то обязательно вас разбудим.

Удовлетворенный ответом, пассажир закрыл глаз и отвернулся.

– Какой чудесный экземпляр, – добродушно сказал доктор. – Но нас отвлекли. Господин титулярный советник, что же вас так рассмешило в ответе нашей милой мадам Бубенцовой?

– Идите к черту, – отмахнулся полицейский.

– И все-таки. Разве полиция не должна защищать простой народ?

Айзен тяжело вздохнул, закрыл глаза, но потом, однако, решил объяснить:

– Полиция защищает закон. Это главная и единственная ее задача.

– И? Разве в этом есть противоречие? – удивился доктор.

– Закон, а не людей. Вы понимаете, кто пишет эти самые законы? Есть идеи? Простой народ собирается и говорит, а давайте напишем законы? Так вы себе это представляете? Нет. Законы пишут растолстевшие аристократы и богачи в напомаженных париках. А теперь подумайте, для чьего благополучия они пишут эти законы? Простого народа?

– И вы, значит, просто защищаете закон, – усмехнулся Лисицын.

– Да. Мне платят за то, чтобы закон соблюдался. Это единственная задача.

– И в город вы едете соблюдать закон?

– Да! – начал злиться полицейский. – Чтобы соблюдался! Какая-то сволочь решила, что она выше закона. И моя задача эту сволочь найти. И я найду!

– Очень интересно. А не расскажете, кого вы ищите?

– Нет.

– Почему? Вдруг мы вам поможем? Вот, например, разыскиваете вы какого-нибудь одноногого рыжего карлика. А мы такие: так точно! Конечно, знаем, в соседней квартире живет!

– Никакого одноногого карлика я не разыскиваю, – отрезал титулярный советник и насупился.

Повисло неловкое молчание.

– А я вот еду в город к внукам, – неожиданно сказала мадам Бубенцова.

– Это замечательно! – обрадовался доктор. – И много у вас внуков?

– О, очень-очень много! И я их всех ужасно люблю! Риту, Савушку, Анджея, Ромашку, Колечку, Копейку и еще этого, самого младшенького…