Онлайн книга «Рассказы 31. Шёпот в ночи»
|
Маша подняла на Даню взгляд. Полный уважения и восхищения. Видимо, сама о таком издании мечтала. Недаром любимая. – Вы очень хороший внук. – Она достала ключ и начала открывать стеллаж с подарочными изданиями. Даня решил, что непременно зайдет сюда еще раз. Может, парочку. Сколько понадобится. Особенно его умилило то, как бережно, одними пальцами, Маша держала книгу, неся ее к кассе. Жаль, что дед в таком восторге не будет. Его удивить невозможно. Лев Егорович шел от магазина к дому. Пакет был полон продуктов и слишком тяжел для него, восьмидесятитрехлетнего старика. Виду он не подавал. Не терпел жалости к себе, ни в каких проявлениях. Майское утро было прекрасно. Свет солнца казался необычайно нежным после суровой, затянувшейся зимы. Длинные тени смягчили острые углы. Из кафе на углу тянуло свежей выпечкой и кофе. Звенел над детской площадкой смех. Около подъезда Лев Егорович остановился, чтобы отдохнуть. Он жил в хрущевке на четвертом этаже. Самая сложная часть пути была впереди. Он поставил пакет на скамейку. Присел и положил руку на грудь, как будто мог этим движением угомонить биение сердца. Из подъезда выскользнул Колька – соседский внук. Пацаненок с крысиным хулиганистым лицом, с быстрой жестикуляцией и в черной кепке. – Помочь, Левгорыч? – спросил Колька, удерживая железную дверь открытой и окидывая старика взглядом. Лев Егорович был невероятно высок – чуть больше двух метров. Еще и вширь выдался. Его в армии «айсбергом» называли. Лев Егорович любил вспоминать те дни. Тогда и солнце светило ярче, и цвета были другие, чистые, да и жизнь, вся жизнь была впереди. Лев Егорович отдышался и ответил на предложение Кольки громко и отчетливо: – Пшел прочь! Я тебе что, немощь какая? Кыш! Колька знал Льва Егоровича не первый день, поэтому совсем не обиделся. Наоборот, продолжил. – Да какая немощь, Левгорыч? Че вы начинаете? Я ж быстро – раз-раз, да и погоню. – Намекаешь, что я старый? – А вы че, молодой, Левгорыч? – Да я тебя соплей перешибу, шкет! – Да ладно вам, Левгорыч, че вы. Вы меня уж который год перешибаете. Никаких ж соплей на то не хватит. Я вообще мигом метнусь. Пакет поставлю у вашенской двери – и делов-то! – Ну, я долго поднимать мешок этот буду, тут твоя правда, – кивнул Лев Егорович. – Ты быстрее управишься, даром что сопляк. Колька уже не слушал. Забрал пакет и кинулся в подъезд. Лев Егорович закрыл глаза и слушал, как бьется сердце, как хохочет ребятня, как гудят за домом машины. – Хороший малый, – прошептал он так, чтобы не услышали пробегающие мимо дети, и поднялся со скамейки. Подъездная дверь снова распахнулась. Выбежал Колька: – Поставил у двери. – Мог бы и занести, – сказал Лев Егорович вместо спасибо. – Там открыто. – Оставляете хату пустой? Не дело. Обнесут же. – А с чего ты взял, что я там один? Колька расхохотался: – Подружку завели? – Ах ты! Лев Егорович замахнулся широкой ладонью, метя по шее пацана. Колька ловко проскользнул под рукой и выбежал на дорогу. В свете яркого поднимающегося солнца казалось, что он окружен белым, как от нимба, светом. – Удачи, Левгорыч! Лев Егорович кивнул и стал подниматься по лестнице, приговаривая: – Поднимая до неба пыль, ала ворвалась в переулок, и мимо Пилата последним проскакал солдат с пылающей на солнце трубою за спиной. |