Книга Рассказы 39. Тени демиургов, страница 7 – Сергей Пономарев, Юлия Рей, Мария Юлюгина, и др.

Все изменилось.

Укатив в новый город к новой семье, отец оставил им с Яной квартиру. Именно там, в своей комнате, уже после всего случившегося, Кирилл почувствовал, что пространство вокруг слишком холодно. И начал свою сборку.

2002 год, двор дома на улице Фрунзе

Кирилл прощался с Лешкой еще на улице, у подъезда, чтобы не пугать Яну. Копию статуи поставил рядом с собой на асфальт. Тяжеленная была, зараза.

– Я никогда не спрашивал, – замялся Кирилл. – Как-то странно обо всем этом вслух говорить.

– О чем ты?

– Ты что-то знаешь обо всем этом? О зарядах внутри вещей? О конструкциях?

– Понятия не имею, что ты несешь.

Лешка не врал. Его прозрачно-голубые глаза были чисты и просили о парочке рублей хотя бы на рюмочку. Конечно, у него было образование, но на улице он оказался, понятное дело, не от хорошей жизни, а от известных зависимостей.

– Эм. – Кирилл заговорил еще тише. – А зачем ты тогда мне помогаешь? Только из-за опохмела, что ли? Ты ж сам ко мне пришел. Мол, чувствую потребность, некую нужду.

– Все так. Я увидел тебя около этого подъезда. – Лешка топнул ногой по влажному асфальту. – И почувствовал некую нужду и потребность. Опохмел – приятный приз. Бонус, как сейчас говорят.

Кирилл кивнул. Он вспомнил, как увидел свой первый предмет – тот самый, который лег в основу его конструкции. Это была старая вешалка с кривыми ножками. От нее шел такой заряд тепла, что нельзя было пройти мимо. Потребность, нужда – оба слова отлично подходили.

– Тебя никто не просил? – на всякий случай уточнил Кирилл.

– Разве что космос.

– Это близко к истине, наверное.

Кирилл протянул Лешке две мятые купюры, они пожали руки еще раз.

– Я чувствую, что все случится сегодня, – сказал Лешка.

– Что – все? – спросил Кирилл.

– У меня было такое давно. – Он почесал заросшую щетиной щеку. – Знаешь, в прошлой жизни. Иногда идешь с другом в бар. И знаешь – случится. А что именно – познакомишься с кем-то, подерешься или просто напьешься хорошенько – это уж как повезет. Но вот в такие дни, ну, когда «знаешь», в такие дни происходит что-то прям очень мощное. Жену себе будущую находишь. По голове получаешь так, что в больничку попадаешь. Или проваливаешься в бесконечный запой. Один раз со мной такое было. Чувствовал – сегодня.

– И что – жену нашел, в больничку попал или в бесконечный запой?

Лешка улыбнулся мягко, но Кирилл увидел, что за этой улыбкой нет ничего приятного.

На улице стемнело окончательно.

– Все вместе.

– Как это?

– Попробуй представить.

Кирилл кивнул, в третий раз пожал Лешке руку и, подхватив копию статуи, вошел-таки в подъезд.

Теперь и он чувствовал: что-то зреет. Перед грозой небо темнеет, сейчас он чувствовал, как темнеет немного пространство. Не его внешние уровни, конечно, а то, что лежало поглубже.

Дверь открылась не с первого раза. Лампочка в подъезде потрескивала чуть громче обычного.

2002 год, квартира на улице Фрунзе

Из комнаты Яны привычно доносилась современная музыка. «Катастрофически» – кажется, так называлась песня. Кирилл ее уже слышал. И «Ночные снайперы» ему в целом нравились.

Он начал разуваться и только теперь с удивлением обнаружил, что посреди коридора стоит пара мужской обуви. Самое удивительное – это были не кеды Яниных гостей, а туфли. Черные, лакированные.

– Привет, сынок. – Голос отца заставил Кирилла вздрогнуть.