Книга Рассказы 40. Край забытых дорог, страница 24 – Андрей Дёмин, Мария Хакль, Ирина Невская, и др.

– Хватит, сынок, – сказал кто-то. И кровожадно щелкнул механизм взведения курка.

Помпа замер, затем повернул голову и уткнулся взглядом в дуло револьвера. Внимательно оглядел жилистую ладонь, державшую его пистолет. И затем – лицо, круглое, загорелое. И совершенно голое. Ни усов, ни бороды, ни волос на голове. Тяжелые мешки под очень светлыми и внимательными глазами. Широкие складки на щеках раздвинулись, незнакомец улыбнулся, и Помпа тут же отвел взгляд. Медленно поднялся и руки тоже поднял. Незнакомец был ниже Помпы на две головы и поуже в плечах, но все равно казался крупным.

– Так-то лучше, – рыкнул он. – Подымай своего приятеля. Эй! Ты там живой?

Бес был живой, вставал, по крайней мере, сам. Приступ кончился, теперь он старался ни на кого не глядеть. Подобрал вещи, молча оделся. Побрел в сторону выхода. Помпа бросил взгляд на незнакомца, но тот, похоже, не собирался вмешиваться.

– Бес, – позвал Помпа. – Вечером приходи. Двое суток ареста.

Тот кивнул. Снял с вешалки куртку – черную, бывшую когда-то шерифской. У самого Помпы такая же, только новее и без дыр. Бес закинул ее на плечо, потом передумал и надел. Ушел.

Помпа вздохнул. С одной проблемой разобрались. Теперь другая. Побольше. Помпа подошел к незнакомцу. Тот с большим интересом разглядывал револьвер, поглаживал рукоять. Почти ласкал.

– Это очень опасное оружие, сынок.

– Я знаю, сэр, – ответил Помпа. – Отдайте.

– Таким снаряжали только шерифов, – не услышал незнакомец. – Если кто-то брал оружие шерифа без спросу, его казнили, ты знал?

Помпа знал. И вопрос ему не понравился. Взгляд незнакомца не понравился Помпе еще больше. Как и кривая улыбка на гладком лице.

– Ты шериф? – спросил незнакомец.

– Нет, сэр, – честно ответил Помпа.

– Я знаю, что нет, – рыкнул незнакомец. – Откуда у тебя оружие шерифа?

– Я Помпа.

– Так себе причина, – сказал, улыбнувшись еще шире, незнакомец.

Эта улыбка врала. Когда улыбаются, желают добра. Эта конкретная улыбка никому добра не желала. Сердце Помпы быстро забилось.

– Я Помпа. Помощник помощника. Шерифа, – добавил он на всякий случай.

– Помо… Пом-па, – сказал незнакомец задумчиво, будто пробуя слово на языке. – Значит, ты местный законник?

– Да, – ответил Помпа и ткнул пальцем в свой квадратный значок. – Единственный.

– Что ж, – незнакомец лихо крутанул на пальце пистолет и спрятал его в свою кобуру, до этого пустую, – теперь нас двое.

Когда он распахнул плащ, в глаза Помпе брызнула неоновым светом шестиконечная шерифская звезда.

– Как… Ваше имя? – спросил Помпа, потому что это было вежливо.

– Зовут меня, – хмыкнул тот. – Шериф. Потому что я шериф. Или сэр. Потому что я шериф. Все понятно?

Помпа кивнул.

– Отлично. Веди к вашему мэру, – велел Шериф. – Кажется, мне нужно представится.

Помпа кивнул снова и потопал вперед, чувствуя странную пустоту в кобуре. Укушенная рука немного ныла.

Шествие через город затянулось. Во-первых, из салуна за ними увязались почти все, кто там был, в том числе и Псифи. Во-вторых, Шериф шел медленно, часто останавливался, глядел по сторонам, трогал пальцами кобуру. Он ни с кем не разговаривал, только велел, местному выпивохе-конюху позаботиться о шерифском робоверблюде. На толпу это произвело впечатление, поскольку конюх не слушался никого и ничего, кроме Док. Шериф на спутников никакого внимания не обращал, но на самом пороге участка вдруг обернулся и рявкнул: