Книга В пасти «тигра», страница 65 – Александр Тамоников

Немец закивал. Глеб передал стоявшего немца Артемьеву и кивком приказал отвести того в сторону и убить, а сам, присев возле второго дозорного на корточки, вынул кляп из его рта.

– Я скажу все, что вы хотите узнать, – испуганно залепетал немец, посматривая в ту сторону, куда увели его товарища. – Но вы не должны меня убивать. Я все, что знаю, расскажу. Спрашивайте.

Глеб стал задавать вопросы, а немчик старательно и торопливо на них отвечал. Настолько торопливо и не задумываясь, что Глебу показалось, будто большинство своих ответов он дает только для того, чтобы создать видимость своей осведомленности.

– Не нравится мне, что он такой разговорчивый, – заметил Шубин вернувшемуся из соседних кустов Артемьеву. – Говорит, что в деревне стоит только порядка двадцати «Пантер», которые и будут участвовать в контрнаступлении. Спросил его про тяжелые танки, говорит, что они есть, но их мало. Говорит, что много танков сломалось во время перехода от станции разгрузки до Хмельников, а часть была потеряна во время боев за Шидулув. Но это я и без него знаю. Что-то тут не вяжется.

– Думаете, врет поганец? – Артемьев присел рядом с Глебом и демонстративно выставил перед собой нож.

Немец с ужасом посмотрел на нож и снова что-то начал быстро-быстро говорить.

– Что он лепечет? – поинтересовался Титов, который, пока Шубин был занят допросом, следил за их безопасностью, а теперь подполз ближе.

Глеб не ответил, он слушал, что ему говорят, и сам задавал вопросы, а потом, засунув немцу в рот кляп, махнул на него рукой.

– Теперь он говорит, что тяжелых танков – одиннадцать штук, и просит, чтобы его не убивали. Мол, он всю правду сказал, а больше ничего не знает.

– Так что, поверим или проверим? – спросил Артемьев.

Глеб, немного подумав, ответил:

– Проверим. Такие вещи лучше проверять. Но в деревню не пойдем. Слишком уж сейчас опасно это делать, а нам с вами обязательно надо вернуться. Рации у нас нет, чтобы сведения передавать. Придется нам еще одного фрица раздобыть. И в этот раз кого-нибудь повыше званием, чем рядовой.

Поразмыслив, послушав и понаблюдав за окрестностями, Глеб все-таки решил, что им следует подойти поближе к деревне.

– Хотя бы еще немного надо пройти вперед. Думаю, что все танки, какие у немцев имеются, в деревне расположиться не могут, а значит, есть какие-то части и за Огледувом. Слышите? – тихо спросил он.

Артемьев и Титов прислушались и услышали тихие, едва слышимые голоса: кто-то переговаривался неподалеку от них. Тихо ступая и часто останавливаясь, чтобы прислушаться и самим себя не выдать, разведчики направились в ту сторону, откуда раздавались голоса, и через пару сотен метров под прикрытием кустов и редких деревьев вышли к поляне. На ней, практически не замаскированные, а лишь слегка прикрытые ветками, стояли несколько огромных тяжелых танков, рядом с которыми расположились на ночь их экипажи. Танкисты еще не спали, о чем-то переговаривались друг с другом. Но несмотря на то, что ночи уже были прохладными, костров они не разжигали. Наверно, боялись демаскировать себя и свою технику.

Глеб подал знак замереть и начал прислушиваться к разговору немецких танкистов. Минут через двадцать или около того он подал знак отползать назад. Когда очутились на том же месте, где оставили связанным молодого немчика, Глеб тихо сказал: