Книга В пасти «тигра», страница 79 – Александр Тамоников

Но Артемьев, по-видимому, его не услышал, так как в этот момент сбоку, совсем рядом с танком, разорвался еще один снаряд, пущенный «Тигром». Тогда Глеб решил подобраться к Артемьеву и пленному поближе, но танк, ведомый Кайгородовым, набрал такую скорость, что машину трясло на неровностях поля так, что надо было думать о том, как удержаться и не свалиться на землю. Пришлось оставить все как есть и надеяться, что они не потеряют пленного до конца этой опасной для всех дороги. Тот факт, что пленный офицер являлся весьма ценным кадром в связи с наступлением немцев и мог много чего прояснить в этом плане, заставлял Шубина переживать за его сохранность.

– Артемьев! – снова крикнул он, привлекая к себе внимание разведчика.

Тот наконец посмотрел в его сторону, и Шубин указал на немца, а затем на люк, ведущий внутрь танка. Артемьев понял его и, кивнув, потянул немца за рукав, но тут самолет снова зашел с восточной стороны для атаки и застрочил из пулемета. Шубин пригнул голову и прижался к корпусу танка. Он не видел, что произошло в последующие секунды, но зато услышал выстрелы, а затем протяжный вой, который раздался сверху. Подняв голову, Глеб увидел, как самолет, промчавшись мимо и протянув за собой черный хвост дыма, начал терять высоту, грозя упасть прямо на стоявшую впереди на дороге тридцатьчетверку.

– Твою мать! – ожидая удара в наш танк, в сердцах выругался Шубин.

Но самолет пролетел мимо и врезался буквально в сотне метров от танка. Сама же тридцатьчетверка продолжила движение навстречу угнанному «Тигру» и даже сделала выстрел в сторону рощи по выползшему из нее монстру. Большого вреда толстой танковой броне выстрел, конечно же, не мог нанести, но зато заставил отступить к роще пехоту, которая и так уже была готова это сделать, когда увидела, как упал самолет.

Глеб, проследив полет немецкого пикировщика до самой земли и порадовавшись тому, что удар пришелся не по нашему танку, посмотрел на башню «Тигра». В ответ на его взгляд Артемьев, подняв руку с автоматом, радостно крикнул:

– Как я его, товарищ капитан! А то ведь думал, что все, конец мне настал, когда он прямо над головой завис!

Глеб, улыбнувшись, показал разведчику выставленный вперед большой палец и тоже крикнул;

– Молодец, Артемьев! Орден себе точно заработал!

– Не за ордена бьем фашистов, а за победу! – ответил разведчик. Он уже отправил пленного немецкого офицера внутрь танка, но вдруг, схватившись за голову, упал, но при этом не скатился на землю, а каким-то непостижимым образом остался лежать на башне танка.

– Титов, снайпер! – предупредительно успел крикнуть Шубин, и сам прильнул к стальному корпусу.

Едва он спрятался за башню, как рядом с ним тоже со звоном ударилась и отрекошетила от брони танка пуля. Можно либо спрятаться от снайпера, либо снять его с помощью другого снайпера – это факт общеизвестный. Обычно так и происходило, когда шел полноценный бой. Но в данном случае ситуация была иная. Снайпер прятался где-то в роще, и его видно не было, а Шубин и Титов, за которыми он теперь начал охоту, находились в весьма невыгодной для себя позиции – на открытом месте, на виду, как в тире, посреди поля на броне танка, который мчался по неровной местности. Трясло машину так, что спрятаться внутри или хотя бы сменить невыгодную для себя позицию, в отличие от Титова, который в любой момент имел возможность нырнуть в люк башни, Шубин не мог. Титов так и поступил, утянув заодно с собой внутрь танка и тело Артемьева.