Книга Искатель, 2006 № 11, страница 32 – Журнал «Искатель», Андрей Кожухов, Ян Разливинский, и др.

— Зачем вы здесь? — спросила Нина Петровна, пытливо вглядываясь в лицо своего собеседника-мучителя.

Она не была сейчас ни злой, ни настороженной, а только слабой.

— Где мы можем поговорить? — Китайгородцев озирался по сторонам.

— Идемте, — сказала женщина.

Привела Китай город цева в пустой класс. Плотно прикрыла дверь. Тут же опустилась на учительский стул, будто ее ноги не держали. Она сейчас совсем не была похожа на учителя. Ни строгости во взгляде, ни уверенности в движениях.

— Кто вы? Зачем сюда приехали? Я ничего не понимаю!

— Я ищу Михаила.

— Его здесь нет! — пожала плечами Нина Петровна.

Мы не о том, мол, говорим, и я подозреваю, что дело тут не в Михаиле.

— Его нет, — признал Китайгородцев. — Но он мне нужен.

— При чем тут я? При чем Алеша?

— Вам может угрожать опасность.

— Нам с Алешей?

— Возможно, что Алеше — нет, а вам — да.

— Не понимаю! — еще больше растерялась она.

— Алеша — он действительно сын Стаса Георгиевича?

— Какая вам разница! — сказала Нина Петровна с досадой и бросила быстрый взгляд на входную дверь.

Это, похоже, была ее тайна, и правды коллеги Нины Петровны не знали до сих пор.

— Разница в том, — сказал Китайгородцев, — что если Алеша — сын Стаса Георгиевича, тогда, я думаю, он в безопасности. Зато вы — нет.

Женщина нервно сжимала-разжимала пальцы рук.

— Глеб ненавидел Стаса, — сказал Китайгородцев. — Для вас это тоже не секрет. Но для вас, как я понял, секрет, что Глеб иногда вслух мечтал о том, как он устроит Стасу неприятности и все богатства Стаса отойдут наследнику. А наследник у нас кто? Алеша! Каким образом Алеша может стать наследником? — спросил Китайгородцев и внимательно посмотрел на женщину.

От нее ответа не добьешься. В таком состоянии она ничего не соображает.

— Наследник — это когда наследство открывается, — сказал Китайгородцев. — А открывается оно тогда, когда прежний владелец наследуемого имущества умрет.

— А кто умрет?! — испугалась женщина.

— Глеб мечтал, чтобы умер Стас.

Нина Петровна хрустнула пальцами.

— И на стороне Глеба, похоже, Михаил, — добавил Китайгородцев.

— Что у Михаила с Глебом общего? — хмурилась собеседница.

— Ненависть к Стасу.

— Но почему?

— Этого я не знаю, — признался Китайгородцев. — Вы состояли в браке со Стасом?

— Официально — нет. Мы с ним расстались почти сразу после рождения Алеши.

— И не поддерживали с ним отношений?

— Нет. Я вернулась в Калугу. Тут, — показала рукой за окно, — некоторые до сих пор думают, что отец Алеши — Глеб. А про Стаса даже не догадываются. Ни я ему не нужна, ни сын.

— Я думал, что Глеба уже нет в живых, — сказал Китайгородцев. — В прошлую весну, когда он пропал, с ним могло случиться несчастье. И я думал до поры, что действительно случилось. Не могу пока понять, как оно там было на самом деле. Глеб и Стас встретились для разговора. Якобы рыбалка, но какая может быть рыбалка общая для двух людей, которые друг друга на дух не переносят? Понятно, что серьезное что-то затевалось. Кем затевалось? Я думаю, что Глеб что-то задумал. То ли хотел шантажировать Стаса, то ли вообще убить. Но что-то у него пошло наперекосяк. Или он чем-то выдал свои намерения, или начал действовать, да оказался слабее Стаса. В общем, мне так видится, что Стас Глеба или убил, или хотел убить. И я думал, что у него это получилось. А сейчас мне кажется, что Глеб живой. И я его даже видел.