Книга Гипноз, страница 78 – Макс Ганин

– Неужели это все правда?! – шокированная рассказом сына, спросила Екатерина.

– Даже не сомневайтесь! – уверенно ответил профессор. – Под поверхностным гипнозом любой человек, ну, если только он не проходил специальную подготовку в соответствующих структурах, выдает то, что у него в подсознании, а там только правдивая информация хранится! Так что можете смело передавать этот рассказ следователю в прокуратуре, чтобы он скорее искал злоумышленников. Мы еще завтра поработаем с Гришей над более подробным описанием этой троицы и дома, в котором его держали, но фактуры для следствия уже предостаточно.

Заявление заместителя директора института психиатрии и наркологии имени Сербского профессора Келидзе о том, что вся эта удивительная история, случившаяся с Григорием, является правдой, придало Екатерине уверенности, вернуло былую твердость характера и металл в голосе. Она после рейдерского захвата и последовавшей за ним череды событий, конечно же, поникла и предпочитала больше молчать и слушать оппонентов, хотя обычно смело вступала с ними в полемику, доказывая свою твердую позицию. Ей было катастрофически неловко перед друзьями и родственниками семьи за то, что те, впрочем, как и она сама, не имели возможности получить доступ к своим деньгам, вложенным в инвестиционную компанию сына. Да и перед первым заместителем директора «Аэрофлота» Владимиром Николаевичем Картоновым было неудобно. Летом 2004 года она лично договорилась с ним о заключении пятилетнего контракта на транспортное обслуживание авиакомпании, теперь договоренности рушились, и крупнейший авиаперевозчик страны мог остаться без необходимого сервиса. Но сейчас Екатерина могла смело апеллировать фактами о похищении своего сына перед всяким, кто осмелился бы предъявить ей претензии.

Однако следователь Чернышов, услышав подробный рассказ Тополевой о подробностях дня исчезновения потерпевшего, попросил ее пока подержать эту информацию в секрете, чтобы не вспугнуть подозреваемых ими лиц. Она согласилась с неохотой, но тем не менее взяла на себя ответственность и поведала обо всем Евгению Хасину и Вахе, которые были единственными, кто был готов помогать ей и сыну вернуть бизнес.

Гриша еще не вспомнил Женю и Ваху, поэтому его знакомили с ними как в первый раз. Высокий, плотный седой мужчина преклонного возраста и еврейской наружности с дорогой тростью в руке заметно прихрамывал и передвигался не очень быстро. Его компаньон был статным, худым кавказцем с черными как смоль волосами с редкой проседью, заметно младше Евгения, но явно авторитетнее.

Богдан пригласил гостей присесть на угловой диван в гостиной, а сам расположился в кресле, напротив. Екатерина с Григорием сели в противоположном углу дивана, так, чтобы видеть всех присутствующих. Она в подробностях поведала им обо всем, что вспомнил сын под гипнозом. Хасин, обычно любивший прерывать рассказчика для уточнения деталей, на этот раз молчал и слушал, опустив глаза в пол, а Ваха, наоборот, не отводил глаз от Гриши.

– Предъявить по понятиям ни подольским, ни питерским, исходя из этого рассказа, мы не сможем! – заключил после затянувшейся паузы Евгений. – Согласен, Ваха?!

– Пока что нет! – согласился чеченец. – Маловато фактов для такого разговора. Нужны имена, клички – любая информация, указывающая на то, что уши блатных торчат из этого дела. Пока что это не очевидно.