Онлайн книга «Приват для Крутого»
|
– Тихо, молчи! Все нормально. Знаешь, как меня ранили? Я знаю, что там ничего нет. Все нормально. – Болит… мне больно. Там кровь. – Крови нет, остановилась уже! – нагло вру ей в глаза, и Даша, конечно, это видит. Я зарываюсь пальцами в ее волосы, вдыхаю их запах, прижимаю к себе, укачиваю ее, как маленькую, и ненавижу. Ненавижу Дашу, как еще никогда до этого, но и бросить не могу. Пусть все видят, мне похуй, пусть она предательница, но я не могу ее бросить вот так. Я же сказал ей, что лучше бы она умерла, а Воробей вернулась за мной. Зачем, боже, она спокойно могла забежать в клуб, она бы успела. Воробей затихает, перестает дрожать, и вроде как ей лучше, но после я вижу, что она глаза закатывает. В этот момент они потемнели и стали насыщенного фиолетового цвета. Только она так умеет делать: когда ей больно, глаза меняют цвет. Даша вся соткана из противоречий, и только глаза ее выдают. Боль не скрыть – это единственное, что не научилась делать моя предательница. Я хватаю ее лицо и с силой сжимаю пятерней, смотрю в перепуганные омуты. – Даша, глаза на меня, на меня! Я с тобой, мы все с тобой! Сейчас врач приедет, тебе помогут, слышишь меня, Воробей? – Я умираю, мама… – НЕТ! Без моего разрешения никто здесь не умирает! Да? Только я решаю. Поняла меня? – Я боюсь, Савелий. – Я сказал, все нормально! Я с тобой! Держи меня за руку, давай! – Да… – кивает, смотрит на меня не моргая, словнов последний раз, и я сам не могу оторвать от нее взгляд. – Положи ее сюда. – Нет! Не трогай ее! – Брат, спокойно. – Отойдите все от нас, НАЗАД! Вы все предатели, вы ВСЕ меня предали! Дрожу, я весь уже в этой крови и мне страшно. До чертей уже просто. Секунды бьют по нервам, ожидание хуже всего. Поначалу Даша держится за мое запястье, но довольно быстро разжимает руку. – О господи боже… – Вера, несите еще полотенца! – Нет, нет! Даша, не отключайся! Блядь, кровь! Трясу ее, а птичка не отвечает, и я в ужасе поднимаю глаза на Ганса: – Что мне делать, ЧТО?! – Савва, Даша потеряла сознание. Позволь помочь. Она кровью истекает. Врачи не успеют доехать. – Нет! Заткнись! Нельзя, я не разрешаю! Даша, смотри на меня! Даша! Где врачи?! – Я не знаю. Они едут. – Блядь, где гребаная скорая?! Боже, нет, ДАША! Внутри все просто переворачивается, горит синим пламенем и шепчет: я тебя ненавижу, так адски любя. Глава 38 – Я не знаю, где скорая. – О боже, Савелий Романович, что делать? – спрашивает Вера, а я впервые в жизни не знаю ответа. Словно выбили почву из-под ног. – Вон подъехали уже, идут! Скорая примчалась, началась суматоха, а мне стало дурно. Видеть, как Дашу на носилки перекладывают, а она не шевелится. Не плачет уже, не мяукает даже. Просто стала бледная как стена, аж синяя, а ведь это моя пуля была, целились они в меня. – Когда было ранение? Как много времени прошло? – Минут семь-восемь минут, не больше. Так страшно, еще каких-то три месяца назад я ее знать не знал, не видел, не думал даже, что такая на свете существует. И как один миг перед глазами та авария и девочка, которая упала в лужу в голубом платье. Как она потом стояла перед всеми нами и мне реально не было до нее никакого дела. С первого дня, с первой секунды заслана была, и когда танцевала, когда целовала меня. Боже, кажется, что меня вот-вот на части порвет просто от этих противоречий. |