Книга Приват для Крутого, страница 210 – Екатерина Ромеро

Достаю сигареты, закуриваю, выхожу из клуба. Домой надо, потому что там Воробей и она то и дело плачет. После больницы ревет каждую ночь так сильно, а я подойти не могу, не могу обнять ее, у нас, сука, вообще диалог теперь не строится. Какая-то стена железобетонная, ее обиды – понятно, но ведь и мои тоже.

К черту, сажусь за руль и спустя полчаса уже дома, вот только дверь закрыта и я слышу крик Даши. Истошный, на разрыв.

Выстрел в двери и тормоза к чертям, я просто оухеваю от увиденного, потому что в доме мои охранники, вся, сука, смена, и нет, они не чаи распивают. Эти твари вошли без приглашения, вломились и посмели тронуть мое.

Да, мою нелюбимую, мою предательницу, мою Дашу. Они разорвали на ней одежду, разбили губу, повалили на пол.

Я не знаю, что случается в этот момент, какая-то зверская натуранаконец выходит наружу. Я убиваю Вадима одним точным выстрелом в сердце. Он, сука, уже расстегнул ремень, а двое других… я отдаю их Соловью. Пусть забирает этот мусор с простреленными ногами, они мне больше не нужны, так же как и труп Вадима.

Вот кто истинные предатели, хотя сам же знаю прекрасно, что это последствия моих решений. Ганс был прав днем, Даша теперь для всех общая, я опустил ее ниже плинтуса, и к ней нет уважения – и никогда теперь его не будет.

Даша… она так кричала, ревела, а после пошла наверх. Я думал, примет душ, успокоится, но в спальне ее не оказалось, и я охуел, когда нашел ее в своем кабинете. Полуголая, взъерошенная, она тряслась как птичка, держа заряженный ствол в руке.

Я думал, выстрелит в меня, я, честно говоря, уже хотел этого, но она расплакалась и направила дуло себе в висок. И выстрелила.

Какая-то доля секунды, пока я успеваю выбить оружие из ее руки. Пистолет падает, пуля прошибает окно, но главное: Воробей выстрелила в себя не колеблясь, и она знала прекрасно, что ствол заряжен.

Я довел ее до того. Я знаю. И у меня нет оправданий своей предательнице. Я сломал ее. Уже поздно плакать, маленькая. Я сделал это с тобой сам.

– Ты с ума сошла, ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?!

Поднимаю пистолет, убираю в стол, вижу, как трясутся мои руки. Тяжело дышать, воздух стал густым и едким, и что-то сильно стучит в груди.

Так, глубокий выдох, это просто истерика. Еще одна, уже не знаю, какая по счету.

Хочется орать и биться о стену. Ты сама меня предала! А смысл, толку уже, она сделала это ради сестры. Я и сам точно так же бы поступил, так чего я бешусь, что теперь меня не устраивает?

Сглатываю, смотрю на нее. Воробей сидит на полу, и ее аж подбрасывает. И как она смотрит на меня своими потемневшими глазами. В них слезы стоят. Запуганная, забитая просто.

– Даша, вставай.

Шаг к ней, а она аж дергается, забивается в угол, прикрывает голову руками. И мне сказать уже даже нечего, это какой-то, на хрен, пиздец.

Даша боится. Меня. Точно птица, перебитая к чертям, она шарахается от меня как от огня, от зверюги бешеной, хотя после всего, что я с ней творил, было бы удивительно, если бы реагировала иначе.

Внутри все огнем обливается. Я понимаю, что вот она – моя петля. И ничего не отмотаешь обратно. Есть такая точка, после которой нет пути назад, и мы ее уже перешагнули.

Даша могла бы орать, истерить, проклинать меня, но теперь она просто меня боится.

Глава 14

Я сижу на полу в кабинете Крутого вот уже несколько минут и встать не могу. Я ничего не могу, я сломалась.