Книга Приват для Крутого, страница 36 – Екатерина Ромеро

Внутри что-то колет, но я не позволяю себе раскисать. Крутой просто “попробовал”, как он выразился. Наш поцелуй для него точно глоток ликера, не более, а для меня это впервые в жизни.

Я старательно тренируюсь, ведь мое дебютное выступление на сцене уже через две недели, и я должна сделать все, чтобы мой танец понравился всем. Так я стану частью “семьи”, как сказал Савелий Романович, а мне это и надо. По-другому я просто не смогу быть ближе к нему, и да, он мне не нравится, он меня просто бесит!

Тем же вечером я звоню Мамаю и зачитываю ему все, что успела записать. Я сливаю информацию и не говорю только о той малышке Миле. Не хочу ее впутывать в эти разборки, и мне страшно подумать о том, что ее отец может предложить девочку тому, кто от нее не откажется.

К сожалению, я оказываюсь слишком наивной, потому что эти данные не устраивают Мамая, и вместо желанной свободы от долга Давид Алексеевич орет на меня и велит продолжать “работать лучше”.

Вхожу в клуб. Я сам его строил, точнее, мы с Фари вместе. Это наше гнездо, наш второй дом, и здесь чего только не было. Формально заведение для отдыха, по факту – наша дойная коровка, через которую мы прогоняем левый кэш.

Все откатано, и официально не придерешься. Недаром у меня работает Ганс – лучшего финансиста не сыскать в городе. Гошу знаю давно, он прозрачный, как стекло. Я когда-то его матери помог еще вначале. Так и познакомились.

Девчонка. Моя вредная голубоглазка, которая не умеет танцевать. Почему я называю ее своей? Я не знаю, и мне это не нравится. Так же как ее хрупкая фигурка, пытливый взгляд, колючий характер.

Даша. Она меня раздражает, выводит и бесит до такой степени, что сводит скулы. А еще я хочу ее не меньше, и это просто кипятит мозг.

Она копалась в моем кабинете, притащила мой пиджак. Повод искала? Хочу верить. Пока. Воробей упорно доказывала, что я ей не нравлюсь, и это было такой забавной неправдой.

Даша не умеет врать, или я так хочу в это верить. Хочу верить в то, что не такая, как все, потому что, блядь, она не похожа на других. Ни разу. Какая-то отдельная, дурманящая вишня, крепкая и вставляющая просто за секунду.

Я не знаю, почему вообще набросился на нее. Как с цепи сорвался. Мы спорили, девчонка трепыхалась, как птичка, и я не выдержал, зажал ее и впился в вишневые губы.

Так и знал, Даша оказалась слаще меда. Вкусная, ласковая, нежная… наркотик в чистом виде, дурь. Пухлые губы, и пахнет от нее пьяной вишней так, что голова кружится.

У меня встал на нее, аж обожгло всего, по позвоночнику пробежало. Давно такого не было, чтобы вот так завестись от какой-то девки обычной, хотя воробей не обычная. Есть в ней что-то, что меня притягивает к ней и бесит в одночасье.

Она не в моем вкусе, мне такие не нравятся, я уже говорил? Так вот Даша последняя, кого бы я выбрал. Я таких не люблю, такие меня не выдерживают. Вот Кира – другое дело, а эта… кипятит кровь.

Ее русые волосы оказались на ощупь как шелк, кожа бархатная, теплая, фигура – песочные часы. Смешно сказать, но мне хотелось ее трогать, лапать, блядь, хотелось, особенно тогда, когда сирена за плечи меня обхватила, застонала мне в губы и начала отвечать.

Кукла Даша, мать ее. Сам не знаю почему, но меня пробрало. По венам ядом побежало, аж в голову ударило, повело. Прямо там, вкабинете, захотелось тряпки с нее содрать и трахнуть.