Книга Верните мне мужа!, страница 23 – Ольга Рог

«Тик-так! Тик-так!» — застучало в висках у Василия и в глаза потемнело от тупой боли в груди.

«Оно!» — подумал Белевский и улыбнулся почти счастливо.

Он сделал попытку исправиться. Если подохнет сейчас, то не совсем законченной мразью. Жаль, Олег об этом не узнает. Но, если уж сын нашел свою рыжую любовь, то теперьне отступится.

— Пап, ты меня напугал, — Олег сидел на стуле рядом с больничной кроватью, с тревогой разглядывая землисто-серую кожу на лице. Под глазами залегли «кофейные» мешки. Весь Василий Васильевич казался немощным стариком, постарев моментально, будто последние силы из него выжали.

— Рано или поздно это случиться. Врачи лишь продлили мою агонию, сынок… Дали небольшую отсрочку, чтобы я успел кое-что сделать. Но, давай не будем обо мне. Все, что я имею на сегодняшний день — заслужил сполна. Это я подставил твою подругу, обвинил в сливе информации и работе на другую фирму, — он выговаривал каждое слово тоном судьи, произносящим самому себе приговор.

— Ты? — Олег хрустнул костяшками скрещенных между собой пальцев.

— Думал, что знаю, как лучше для тебя. Хотел избавиться от проблемы… Твою любовь посчитал блажью. Уберегал от глупости, Олег. Ты ведь собирался сделать ей предложение? Я наткнулся на твоем компьютере на сайт, где ты выбирал кольцо. Через секретаршу отправил твою Дусю по адресу съемной квартиры, где у нее подставной человек принял пакет. Решил, что ты погорюешь, перебесишься… Перебродит молодая кровь и забудешь ее. Одна девка или другая… Какая разница? Вокруг столько достойных партий из хороших семей.

— Выгодных, ты хотел сказать, — поморщился Олег от резкой головной боли. У него будто в голове забегали все тараканы разом, натягивая струнами нервные окончания. — Значит, родной отец вырвал мне сердце? Вот как… — дернув скулами, он опустил низко голову, между разведенных ног, согнувшись пополам. Уперся лбом в выставленный большой палец, — Папа, я пропустил пять лет жизни своего сына Мити. Пять лет я не знал, что у меня есть ребенок с моим набором днк, с моими глазами… Он рос без моей помощи и поддержки. А, Дуся… Пап, ты знаешь, что рядом с ней у меня нет приступов… Совсем нет. Евдокия — мое спасение от боли и головокружений. Это была не просто любовь, отец. Она — моя зависимость.

— Прости старого дурака, сынок, — по морщинистой, бугристой коже текли мутные слезы. — Ты единственный у меня. Хотел уберечь, защитить… Я слепо верил, что поступаю правильно. А сейчас ничего так не хочу, как один разок взглянуть на внука Димочку. Больше ничего не прошу.

— Как у тебя все просто, пап? Я сам имею доступ к Мите только с великого разрешения.Дуся не просто обижена, она считает меня подлым предателем. И если бы не случайность, не дойди Нателла своими кривыми ножками до агентства, я бы никогда не узнал, что стал отцом чудесного мальчугана, — сказал он с горечью.

— Ты… Ты оформляешь отцовство? — Василий облизнул синие губы и руки у него дернулись, чуть не выскочил из вены катетер с капельницей.

— Да, подал. Евдокия согласна, иначе пришлось бы идти через суд, — тяжело вздохнул Олег и поднял голову.

— Это хорошо, — Василий пытался улыбнуться, но вышла лишь кривая гримаса. — Дима должен носить нашу фамилию Белевских. У тебя есть его фото?

— Есть на телефоне немного кадров. Скину тебе, — Олег потянулся в задний карман джинс и достал свой сотовый. Отправил пару удачных фотографий. Обвел контур Димки указательным пальцем, будто погладил.