Книга (не)верная. Я, мой парень и его брат, страница 16 – Джи Спот

При виде его широкой спины, мускулов, обтянутых футболкой и упругих ягодиц у меня внутри всё закипает. Но живот тут же отзывается острым спазмом от которого хочется свернуться в бараний рог.

— Ай! Чёрт! — невольно вырывается.

— Что случилось? — Матвей растерянно оглядывается, пытаясь уловить где источник звука.

— Не обращай внимания... Просто... Быть женщиной — отстой.

— Сочувствую. Иди ко мне.

Его объятия похожи на тёплое ласковое море, которое обволакивает моё тело и уносит прямиком в Рай. Он целует меня в макушку и шепчет:

— Я соскучился... Мне, правда, надо было позвонить, я думал только о себе...

— Проехали. Я рада тебя видеть. Ты — самое приятное, что было со мной за этот грёбаный день.

«И за всю мою грёбаную жизнь...»

— Сладкая малышка ругается... - он иронично выгибает бровь.

— Прекрати, а то врежу тебе... Не посмотрю, что ты... мужчина.

— Обещаю не подавать заявление в полицию.

— Ты не успеешь. Я убью тебя и съем.

— Бедняжка, ты ещё и голодная. Поехали ко мне. Сегодня Мака не будет, он тусит на какой-то вписке.

— Если ты обещаешь накормить меня... И сделать массаж...

— Это запросто, я же лицензированный спортивный массажист.

— Что же ты раньше молчал?! Скорее в машину!

— Эй подожди,может подскажешь где она? А то я как-то забыл цвет и марку, и номер...

— Я балда, прости. Клади руку на плечо... — Матвей так уверенно держится, что я иногда забываю о его слепоте.

За весёлой болтовнёй дорога проходит незаметно, только Оскар изредка поскуливает на заднем сиденье, немного волнуясь.

Квартира холостяков встречает меня в том же виде, в каком провожала вчера.

«Так, а-ну уймись, ты здесь не для того, чтобы осуждать их образ жизни...».

— Здесь бардак, я знаю. Проходи сразу ко мне, — будто услышав мои мысли, Матвей приглашает меня в свою комнату. Он указывает тростью в направлении открытой двери.

Комната Матвея выглядит совершенно безлико. Единственное, что хоть как-то выдаёт информацию о хозяине — это медальница. Она выполнена в виде надписи "Ты можешь всё" и сплошь увешена медалями за победы в соревнованиях.

«Плавание! Он был пловцом...»

Сзади я слышу голос Матвея:

— Я стараюсь поддерживать здесь хоть какой-то порядок. Но в остальной части квартиры — это бесполезно. В комнату Мака я даже не захожу, иногда мне кажется, что там кто-то есть. Новая форма жизни, родившаяся из плесени в его чашках...

— Здесь... Очень... - я пытаюсь подобрать подходящие слова.

— Пусто? — с усмешкой спрашивает мужчина.

— Да, но сейчас в моде минимализм.

— Приятно знать, что хоть в чём-то я модный. Может, хочешь принять душ? Я дам тебе футболку.

— Не откажусь... Чувствую себя липкой лентой для ловли мух.

— Это точно, одна назойливая жирная муха к тебе уже прилипла, — он хватает меня в охапку и целует в щёку.

— Перестань, я вся липкая и солёная от пота. Давай уже свою футболку.

Матвей роется в вещах, на одной из полок и извлекает чудовищную серую футболку.

— Судя по запаху, чистая, но это не точно.

Я беру футболку и чистое полотенце из его рук и отправляюсь в ванну. Закрыв за собой дверь, я вдыхаю запах его вещей. И пусть пахнет только порошком, сама мысль, что это надевал он, возбуждает меня. С блаженством я принимаю всем телом желанную прохладу воды. И не без улыбки отмечаю, что за дверью тихонько поскуливает Оскар.