Книга (не)верная. Я, мой парень и его брат, страница 88 – Джи Спот

— Да, да и меня бесит. Почти как Мак... Мерзкое имечко...

— Я не понял, ты быканула сейчас?

— Ничего подобного...

— Не понравилось слушать как чьи-то яйца шлёпают по чьей-то голой заднице?

От его слов меня бросает в лихорадочный жар, спина моментально покрывается липким потом, а в голове воспроизводится именно этот мерзкий звук.

— Давай не будем... Пожалуйста, — молю я без всякого притворства, у меня нет ни сил, ни желания ворошить эти воспоминания, слишком больно.

— А я думал тебе понравилось... Подслушивать...

— Я не подслушивала! — кричу я, но и дураку понятно, что это неправда.

— Убеждай себя дальше, маленькая извращенка...

— Давай закроем эту тему, — строго говорю я, меня уже тошнит от всего этого.

— Это ты быкуешь... Не я!

— Всё, я тебя услышала... Больше не буду, — кажется, я сдалась.

— Вот и молодец. Потому что мы грёбаная команда... Нравится тебе или нет, — и он совершенно прав, то, что происходит со мной. не должно сказаться на Матвее.

— Да уж, — обречённовздыхаю.

— Ты опять? — строго спрашивает Макар.

— Нет нет, мы команда, ты прав... Мы должны думать о Матвее сейчас. Я так переживаю, чтобы денег хватило, ведь придётся ещё платить налоги...

— Я смогу ещё сколотить бабла на последнем бою.

— Да, кстати об этом, что ещё за бой? Я смотрю Матвей в курсе, а я нет...

— В клубе пополз слушок, о том что я завязал, и Табло вызвал меня на последний бой.

— Ты же мог отказаться.

— Не мог, — которотко отвечает парень.

— Почему? — мне не хочется верить в то, что он снова подвергает себя опасности, ведь есть и другие варианты достать деньги.

— Потому что не хотел... Я его жопу напополам разорву, за то, что его шавки сделали со мной, — слышу, как он сплёвывает сквозь зубы. — Придёшь посмотреть? Будет эпично, — в его голосе слышна надежда.

— Я могу отказаться?

— Эээм, я не правильно сформулировал. Ты придёшь посмотреть, точка.

— Одной преданной фанатки тебе мало? — спрашиваю я, намекая на ночную гостью.

— Аааа эта, таскается за мной везде. Она по-любому будет, зови не зови...

— Ладно, я... подумаю, — уклончиво отвечаю я.

— Нихрена, ты уже согласилась...

— Ладно, я сказала всё, что хотела, — хочется закончить этот тяжёлый для меня разговор.

— Да, всё чикибамбони... Скоро будут готовы результаты анализов и обследования. Мот возьмёт больняк, и может ложиться операцию.

— Чем ближе этот день, тем мне страшнее, — не разделяю я энтузиазма собеседника.

— Не ссы, прорвёмся... Я же с тобой, жопа ты карамельная. Ну всё, покеда!

— Пока, — тихо прощаююс я, и сбросив вызов, дотрагиваюсь до пылающей щеки.

Даже звук его голоса заставляет меня гореть.

"Скорее бы всё произошло, чтобы я могла больше не общаться с ним..."

Хотя сама мысль о том, чтобы прекратить общение с Макаром полоснула острым лезвием по сердцу.

"Но, может быть, с глаз долой, и из сердца вон? Надеюсь это поможет. Сил больше нет, терпеть его выходки..."

После работы я заезжаю за Матвеем в реабилитационный центр, и вместе вы едем к нему домой забрать его и Оскара вещи. Мы решили, что будет правильно пожить некоторое время у меня, чтобы дать Макару больше личного пространства. Конечно обо всех тонкостях ситуации я Матвею не поведала, на этот раз хватило ума.

Дома нас почти сносит с ног ор телевизора, идёт какой-то футбольный матч. Макар валяется на диване в одних боксерах, на которые я изо всех сил стараюсь не смотреть.