Книга Ты - моя слабость, страница 28 – Джи Спот

— Хм, не думал, что у вас всё так серьёзно. Ну ладно, счастья вам, и всё такое, — но было видно, что ему неприятно быть за бортом нашего счастья.

Я съехал от Эрика, мы с ними снимали комнату в коммунальной квартире в центре Лондона. Мы с Роуз стали жить вместе, прекрасное было время, она взрослела, и расцветала, а я влюблялся всё больше.

— Генри, я вся на иголках из-за завтрашней премьеры. Меня с утра даже вырвало, — Роуз сильно волновалась перед выступлением на большой сцене.

— Дорогая, иди ко мне. У тебя всё получится.

Она была такой хрупкой и нежной, я понимал с каждым днём, что влюбляюсь всё сильнее. У нас намечалась большая премьера, спектакль по мотивам пьесы "Сон в летнюю ночь".

По иронии судьбы я был Деметрием, Роуз исполняла роль Гермии, а Эрику досталась роль Лизандра. Это было роковое совпадение. После премьеры я хотел сделать Роуз предложение, все свои накопления спустил на кольцо, огромный букет алых роз заказал. Планировалось, что, когда все выйдут на поклон, я сделаю предложение на сцене.

Но Роуз не вышла на поклон и Эрик тоже. Овации долго не утихали, нас не отпускали со сцены. А когда отпустили я бросился их искать и как было больно от того, что я знал, где найду их. В пыльной тесной комнате реквизита было темно, но я услышал звуки, которыедо сих пор раздаются у меня в ушах.

— Давай, Эрик, ну же! Давай, давай, — похабные шлепки и стоны моей невесты.

Мне хотелось устроить сцену, набить морду Эрику, может даже обозвать Роуз шлюхой. Но, как ты заметила, я слишком воспитан для таких драматических вещей. Молча положил букет на пол, прямо на входе в комнату и рядом, сломанное кольцо. Я просто ушёл оттуда и из их жизни. В этот же вечер я собрал вещи, что мог увезти с собой, и уехал домой в Нью-Йорк.

Эта выходка сильно повлияла на мою карьеру, мало кто хотел работать с истеричным премьером, способным подвести всех, и бросить в самом начале сезона. Но я не хотел видеть ни Эрика, ни Роуз. Они пытались со мной связаться, присылали письма, ни одного я не прочитал.

…

— Генри… Мне так жаль, — охрипшим голосом сказала я, чувствуя, что лицо намокло от слёз.

— Из новостей и сплетен я узнал, что Роуз обвиняли в употреблении наркотиков. А ещё… Самое страшное в этой истории, что она была беременна, и потеряла ребёнка. И я до сих пор корю себя, что не поговорил с ней. Вдруг это был мой ребёнок, — он глубоко вздохнул. — Теперь ты понимаешь, что это за человек? Ирина, он совсем не изменился. Я старался не быть ревнивым идиотом, и я понимаю, что ты — не Роуз… Но закрывая глаза, я вижу на том старом диване тебя, распятую под Эриком…

Всё время пока он рассказал о своём прошлом, я сидела у него на коленях, свернувшись калачиком. Моя голова лежала у него на груди, и я слышала как неистово бьётся сердце внутри. Боль не прошла, она жила в нём всю жизнь, все эти незавершённые вопросы гложили его изнутри.

Я только сейчас подняла голову, и увидела его лицо, щёки были влажными, он плакал.

— Генри…

— Я знаю, сказать тут особо нечего. Жалеть меня не надо. Просто… Будь осторожна. Я не могу сделать за тебя твой выбор.

— Генри, ты — мой выбор… Только ты… Всегда ты, — с этими словами я высушила поцелуями его мокрое лицо, на моих губах осталась солёная горечь его поражения.

Он крепко прижал меня к себе.