Книга Беременна от босса. Шанс на счастье, страница 10 – Мария Мендес

Его рука ещё сильнее сжимается на моей руке, а второй он хватает за талию и прижимает меня сильнее, так, что я чувствую его большое хозяйство животом.

Я сглатываю. Мне становится жарко, в ванной резко становится душно. Не хватает воздуха, всё, чем я сейчас дышу, это запах босса. Запах Олега Станиславовича. Он пахнет свежестью, гелем для душа, смешанным с его собственным запахом. Я чуть не закатываю глаза от удовольствия.

Чёрт, чёрт, чёрт! Он мне не нравится, и запах его крышестностный тоже не должен нравиться. Я же его терпеть не могу, он меня бесит, мучает, заваливая работой. Он тиран и бесчувственный робот. Таким, как он, плевать на чужие жизни.

Мысленно начинаю себя молить, чтобы перестала думать о его близости.

Вика, просто возьми себя в руки и сделай что-нибудь.

– Я сказала… – ещё один вздох. Голова начинает кружиться. Он усугубляет ещё больше моё положение. Наклоняется и заинтересованно изучает моё лицо. Его губы ещё чуть-чуть и точно коснутся моих. Что он задумал? Что он, чёрт возьми, творит?!

– Ты сказала, – голос босса смягчился и немного охрип. Я же перестаю понимать, что происходит, и о чём мы вообще говорим.

– Да… Я сказала, что Вы и Ваш дружок мне не нравитесь! Уж извините, но Вы не в моём вкусе тоже. А сейчас отпустите меня немедленно. Мне… Мне очень жарко, и я з-задыхаюсь от Вашего противного парфюма. Ещё немного, и меня и правда может стошнить на Вас…

Не успеваю договорить, как Воронцов хватает меня за шею, чтобы головой не крутила, и впивается в мои губы. Я мычу, пытаюсь отбиваться, царапаю его за плечи, а после того, как кислород заканчивается, вынужденно отвечаю на его поцелуй. Но самое страшное не это, а то, что я расслабляюсь, и мне становится дико приятно от его ласк. Мягкие губы босса больше не надавливают с силой, он получил моё разрешение и теперь по-хозяйски властвует над моими губами. Покусывает их, пробуждая во мне неизвестные новые чувства и эмоции. Поцелуй из грубого быстро переходит в нежный и страстный. Господи, неужели с этим тираном может быть так хорошо? Неужели он может быть таким нежным и аккуратным?! Я настолько отключаюсь от реальности, что, когда он отстраняется, я жалобно стону и сама тянусь за продолжением с закрытыми глазами,но, не получив ответных касаний, медленно разлепляю глаза. И лучше бы я не делала этого. Лучше бы сразу провалилась сквозь землю, чем увидеть его высокомерный взгляд и усмешку.

– Ты, как и все, течёшь от одного моего поцелуя. Если бы я захотел, то разложил бы тебя в два счёта прямо здесь на полу и…

Не даю ему договорить. Влепляю смачно пощёчину и убегаю, задевая плечом Мирона Станиславовича, который успел открыть дверь и увидеть неоднозначную сцену со мной и этим мерзавцем Воронцовым.

Залетаю в дамскую комнату. Меня трясёт, и я еле-еле сдерживаю слёзы. Это ж надо было так опозориться! Господи, Вика! Что же ты наделала?!

– Чёрт!

Включаю холодную воду и умываю лицо несколько раз, а после поднимаю голову и смотрю на себя в зеркало, глаза останавливаются на губах. Они припухли от поцелуев этого гада.

– Чтоб тебя!.. – ругаю в сердцах Воронцова и яростно начинаю тыльной стороной руки вытирать губы. – Подлец! Мерзавец! – устало опускаю голову, удерживаясь за раковину руками. Закрываю глаза и выдыхаю шумно.