Книга Клянусь, я твоя, страница 48 – Полина Эндри

Я смеюсь.

И когда раздается голос Генри, дозвонившегося до моей матери, я резко прерываю смех, сдерживая зов улыбки за напускной серьезностью. Я пожимаю плечами, расправляю грудную клетку и с самым что ни есть невозмутимым видом устремляю глаза вперед.

— Ребятки, как у вас дела в школе? У меня тут обалденно вкусное кокосовое печенье с джемом, я подумала, вам не помешает как следует подкрепиться перед учебой, но придется подождать минут десять, я только поставила его в духовку, — мама быстро объясняет и улыбается так, как ни разу в жизни не улыбалась мне.

Стэн смущенно поправляет небольшой аккуратный узелок галстука на шее, стоя в чёрных деловых брюках, белой рубашке, застёгнутой на все пуговицы, классической черной жилетке и с черным портфелем под мышкой, — ну вылитый Мэн мачо девяностых годов на современный лад. Он явно чувствует себя неловко.

— Спасибо, Джулия, вы очень любезны.

Мама отмахивается рукой, как будто выпекает кокосовое печенье килограммами каждый день и в этом ничего такого нет. Затем она легенько прищуривается и подозрительно останавливает взгляд на лице парня.

— Стэн, откуда у тебя синяки?

Я затаиваю дыхание. Я совсем забыла об этом. Не смотря на ровный спокойный мамин голос, я слышу в нем лёгкую встревоженность. Мое сердце отчего-то начинает стучать быстрее, я начинаю волноваться, чтобы она не узнала правду, и когда Стэн открывает рот, собираясь ответить, я быстро выпаливаю, прежде чем он успевает сказать:

— Он просто защитил меня от местных хулиганов.

— Да, ерунда, — Стэн сглатывает и немного прокашливается, чуть агрессивней поправляя узелок галстука, ставшего ему вдруг тесным. Он явно не был готов к моей наглой лжи.

Мама на миг застывает, словно поражена таким ответом, но быстро оттаивает. Она немного расслабляется и возвращается к кухонному столу. Нож в ее руке заметно оживает, стуча по разделочной доске.

— Дорогая, ты запомнила их лица? Возможно, это уже не первый такой случай, нужно подать на них заявление в полицию.

— Не нужно, мам. Родители Стэна уже обо всем позаботились.

— Что ж, ладно.

Я даже облегчённо выдыхаю, потому как меня все же радует, что привычная неуемная настойчивость мамы сейчас куда-то подевалась. Спустя пару секунд она взволнованно обращается ко мне:

— Ким, что же ты не предупредила меня раньше? Я бы что-то да приготовила…

Под "что-то" подразумевается праздничный ужин-обед, обязательно украшен любимым холодным блюдом Стэна — сырными тарталетками с маринованными грибами.

— Не волнуйтесь, я все равно ненадолго.Ким согласилась помочь мне с теорией государства. Нам лучше поторопиться…

Тут я киваю, потому что полностью согласна со Стэном:

— Мам, правда, тебе не стоит переживать.

Я вижу, как мамина сдержанная улыбка тает, превращаясь в вежливо приподнятые уголки губ. Она едва заметно кивает, и когда я уже облегчённо выдыхаю, беря Стэна за запястье и уводя за собой на второй этаж, до меня доносится ее ровный спокойный голос:

— Ким, останься на минуту.

Я замираю на секунду, осмысляя просьбу, встречаюсь с вопросительным взглядом Стэна и киваю ему на лестницу. Мама внимательно наблюдает, как он поднимается на второй этаж, и даже когда звуки его шагов исчезают и сам он тоже, она не отводит глаза. Я все это время смотрю на нее, прекрасно зная, что она ощущает на себе мой пристальный взгляд, но отчего-то медлит, и мне это не нравится.