Онлайн книга «Большая Любовь отца-одиночки»
|
– Ей не хватает самого важного, – тихо, но твердо говорит Цветкова. – И чего же? Игр? – ехидно осведомляюсь я. – Нет. Ей не хватает отца. От этих слов внутри меня закручивается огненная воронка ярости. Что она себе позволяет? Она здесь и двух недель не живет и считает, что может делать такие выводы? Вскакиваю со стула, подхожу к Цветковой и нависаю над ней. – Ты. Ничего. Не знаешь. О нас. Ты ничегоне знаешь обо мне, – цежу я. – Так расскажите, – не пугается Цветкова. Она поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза. В ее радужке рассыпаны желтые крапинки. Кажется, что я видел у кого-то похожие. Нет, не вспомнить. Но прямой и честный отклик Цветковой меня подкупает. Чувствую, что ярость отступает. – Ты знаешь все, что тебе нужно, – рычу я. – Я нанял воспитателя дочери, а не себе. А если бы мне нужен был семейный психолог, я бы обратился к квалифицированному специалисту. Это все, что ты хотела сказать? – Да! – Тогда еще кое-что. В качестве бесплатного совета, – неожиданно мне хочется поддразнить Любовь Михайловну. Придвигаюсь к ней, склоняю голову, заправляю за ухо выбившуюся из строгой прически темную прядь и шепчу: – Ты путаешь смелость с безрассудством. Не советую так рисковать. Чувствую, как Цветкова дрожит, но остается на месте. Лишь только после того, как я отодвигаюсь, она выдыхает. – Спасибо за совет, – неискренне бормочет она и выскакивает из кабинета. Из моего горла вырывается тихий смех. Мне понравилось выводить из себя Любу. Возможно, не только Даше не хватает игр. Глава 9 Люба Сердце колотится как сумасшедшее, когда я вырываюсь из кабинета Гораева. По ощущениям я будто побывала в логове Синей Бороды. И, кажется, теперь понимаю, почему у него было столько женщин. Потому что он просто дико, невозможно харизматичный гад! Я – разумная взрослая женщина, не подверженная гормональным срывам. Но Гораев влияет на меня парадоксально. Зная, как он поступил с бывшей женой, как он не уделяет внимания дочери, я все равно трепещу перед ним. Осознание этого оказывается достаточно болезненным. Будто бы я предаю саму себя. Даша ждет меня в своей комнате. – Что сказал папа? – Недоволен моими откровенными высказываниями, – фыркаю я и устало устраиваюсь на розовом крутящемся кресле. – Но он тебя не увольняет? – Вроде бы нет. – Ну и супер! Удачненько все получилось! – с облегчением хихикает племянница. – Удачненько? То, что я окатила какую-то женщину водой? А вдруг это важный деловой партнер твоего отца? Но, честно сказать, она высокомерная ужасно. – Это была Лариса Соцкая! – возбужденно запрыгала на мешке Даша. – И ты ее так круто: р-раз и водой в морду! – В лицо, – поправляю машинально. – Да-аша, я должна на тебя положительно влиять. А получается, что не совсем педагогично поддерживаю. – Не занудничай, родственница! – отмахивается мелкая пакостница. – Ах, так? Притворно злюсь и набрасываюсь на племянницу, стараясь ее защекотать. Даша заливисто хохочет. Я вторю ей. Неожиданно понимаю, что мне нравится дурачиться и проказничать. Будто я возвращаю себе детство. Будто разрешаю быть самой собой, а не подчиняюсь чьим-то желаниям. – Сдаюсь! Сдаюсь! – задыхаясь от смеха, вопит Даша. – Так-то! Даша поднимает с пола плюшевого медведя, обнимает его и становится очень серьезной. Молчит и смотрит на меня. |