Книга Ты захочешь меня снова, страница 3 – Лу Берри

Хотелось свернуться в комочек и, со всей силой охватившей душу боли,зарыдать.

Но и этого я позволить себе не могла.

В эту ночь Настенька вела себя тише, чем за все последние дни, вместе взятые.

Может, почувствовала моё состояние. Не спала, но и не капризничала, не плакала, просто смотрела на меня своими серыми глазками-пуговками, словно хотела убедиться, что я никуда не денусь.

А у меня в душе все вверх дном встало.

Полезли в голову непрошеные вопросы. Было тошно и горько.

Неужели я настолько плохо выглядела?..

Конечно, понимала, что после родов стала сама на себя не похожа, но…

Разве это причина говорить со мной так, как он говорил?..

В свои тридцать три я не была наивной дурой, которая верила в вечную любовь, принцев и единорогов, но все же…

Разве в браке люди не принимают друг друга любыми?..

Нет, я не оправдывала себя за то, что запустила свою внешность. Я лишь задавалась вопросом…

Если Васе настолько важно, чтобы я выглядела всегда, как картинка, то что будет дальше?

Жизнь — это ведь не сплошная белая полоса. Я могу заболеть, или попасть в какую-нибудь катастрофу и потерять в итоге не только привлекательную внешность, но и вообще здоровье; я рано или поздно неизбежно постарею, у меня будут морщины, тело потеряет форму и упругость…

И что тогда? Муж от меня отвернется, бросит, найдёт другую?..

Всё, во что мне хотелось верить, когда выходила замуж — это в то, что мы будем вместе в горе и в радости. Что он не отвернется от меня в беде, чтобы ни случилось. Что мы вместе состаримся… И будем любить даже седины и морщины друг друга.

Ведь это и есть любовь?..

А то, что он наговорил мне сегодня, на любовь совсем не походило.

А может, и вся наша совместная жизнь была полна лишь моей любовью, лишь моей заботой.

Что он для меня сделал с тех пор, как я оказалась в декрете? Ничего. В тот период, когда я нуждалась в помощи особенно остро, он думал только о себе.

Максимум — мог немного посидеть с дочерью, когда приходил с работы. В остальном же его жизнь особо не изменилась — работал, по возвращении домой ужинал, смотрел телек, по выходным мог встретиться с друзьями, и главное — спокойно спал по ночам, что для меня стало несбыточной роскошью.

И прежде я не говорила ни слова, потому что он ведь работает, он устаёт, он ради нас старается… а я?.. Я потерплю.

И это было моей огромной ошибкой.

Кто в итогехоть раз подумал обо мне?..

Я перестала себе принадлежать. Вся моя жизнь теперь была подстроена под ребёнка. Все, что было до Настеньки — казалось каким-то нереальным, будто из другой жизни. Успешная карьера, отпуска на хороших курортах… Всё это — словно мираж, который растаял без следа.

Я любила дочку безумно, я бы за нее умерла, но эта любовь отбирала у меня все силы. Стало казаться, что я, как отдельная личность со своими желаниями и потребностями, вообще перестала существовать.

И это воспринималось всеми, как должное.

Когда встречалась на улице со знакомыми, переписывалась с близкими, все спрашивали о Настеньке и никто не интересовался, каково приходится мне…

Никто не спросил самого банального — как ты, Лия? Ты справляешься?

Я не просила ни у кого помощи, ни на что не жаловалась — во всяком случае, вслух; я просто…

Хотела убедиться, что ещё существую. Жаждала самого банального — хоть кроху внимания к себе.