Книга Непокорная для ректора, страница 38 – Ардана Шатз

— Я же сказал — следить за состоянием.

— Я слежу. — Огрызнулась я, стараясь не морщиться от боли. Откат действовал с запозданием. Пока я управляла магией, он был не таким сильным, но стоило мне прекратить, боль запульсировала сильнее.

— Если бы следила, сейчас не кривилась бы от сильной отдачи.

— Я не виновата, что она усилилась.

Мэтр раздраженно покачал головой и подошел ко мне. Не спрашивая разрешения, он снова прижал ладонь к моей груди. Я замерла, стараясь не дышать, чтобы снова не поддаться притяжению аромата, исходящему от него. Так бывает, что сперва ты чего-то не замечаешь, но стоит один раз обратить на это внимание, ты больше уже не можешь это игнорировать. Так и с ароматом сандала и кардамона. Словно ректор пользовался каким-то дорогим парфюмом из моего мира, но запах этот ощущался, только когда он был слишком близко.

Пока я думала об этом, рука ректора оставалась на моей груди. Но стоило лишь вспомнить, что стало причиной этой внезапной близости, я поняла, что боль ослабевает. Посмотрела на него, но в глазах мужчины снова была ледяная непроницаемость. Было невозможно не то что понять, о чем он думает, но и даже уловить его настроение.

— Спасибо. — Тихо сказала я,предположив, что сила отката уменьшилась именно благодаря вмешательству ректора.

— Так не должно быть. — Задумчиво протянул он, не торопясь убирать свою руку. — Откат всегда действует в момент применения магии. У тебя заторможенная реакция. Это опасно.

— Почему?

Я продолжала смотреть в глаза мужчины. И, если честно, мне совсем не хотелось, чтобы он убирал ладонь. Словно стоит ему это сделать — и боль тут же вернется. А может быть, мне просто хотелось, чтобы он продолжал стоять так близко, чтобы я чувствовала его запах, ощущала его тепло, слишком сильное, будто у него был жар.

— Потому что ты можешь серьезно пострадать, если не остановишься вовремя.

Я, наверное, начала сходить с ума, но в его словах мне явно послышалась двусмысленность. Куда там Картеру с Аароном до намеков и нелепых попыток приударить. Нет, мое сердце стучало как бешеное именно сейчас. От этого предупреждения, касавшегося моей магии. Или чего-то большего?

Тот факт, что ректор точно чувствовал, как колотится мое сердце, только распалял меня. Я не хотела отстраниться, не хотела сбежать, как раньше. Теперь мне хотелось, чтобы этот невероятный мужчина с золотыми глазами точно понимал, что именно он — причина моего волнения.

Наконец, он отстранился.

— Можешь продолжать. Но теперь обращай больше внимания на отдачу и постарайся остановиться до того, как боль станет слишком сильной.

— Хорошо.

Я никак не могла отвести взгляд от его глаз. Да и сам он помедлил, прежде чем разорвал контакт. Сердце еще раз глухо стукнулось о ребра. Я опустила веки, успокаивая разгоряченную кровь, и вернулась к упражнению.

На этот раз получалось чуть лучше. Клочок бумаги зависал над рукой сперва на пару секунд, потом на десяток, а под конец занятия у меня вышло держать его над ладонью в течение целой минуты. Как раз вовремя, потому что в груди снова начинала расползаться тягучая боль.

— Неплохой результат. — Ректор сдержанно похвалил меня, и в этот момент раздался гул колокола. — В следующий раз перейдем к более сложным упражнениям.

Он всем своим видом дал понять, что мы закончили. Но я медлила. Собрала тетради с учебниками, проверила, на месте ли список книг, который дал мне ректор. А при мысли, что следующая наша встреча состоится только после выходных, расхрабрилась,