Книга Выпускница-неудачница, страница 24 – Нина Левина

— И вы здравствуйте, мистер Олифсон. Вы очень любезны и хорошо воспитаны, — я демонстративно поклонилась. — Из комнаты я не уйду пока меня не попросит матушка оставить вас наедине с ней.

— Милая Тильда! Сходи, пожалуйста, посмотри, не поспели ли груши в нашем саду? — улыбнулась матушка.

— Какие ещё груши? Там от сада ничего не осталось. Всё поглотило болото и сорняки!

— Вот и посмотри, не уцелело ли хоть что-то, — матушка взглянула на меня выразительно. — Вдруг отыщется что-нибудь вкусное.

— Ладно, беседуйте.

Я пожала плечами и вышла из комнаты. Мистер Олифсон, видимо, был настолько взволнован, что заговорил сразу, не дожидаясь, пока я выйду из дома.

— Эмми, что случилось? Почему ты решила погубить себя?

Ничего себе! О чём это он? Я замерла в прихожей в надежде что обо мне уже забыли, но матушку провести не удалось.

— Тильда! Ты всё ещё здесь?

— Ухожу-ухожу, — вздохнула я и вышла во двор, хлопнув дверью.

Потопала немного по крыльцу, а потом стремглав ринулась в обход дома, к той стене, где находились окна столовой. Мистер Олифсон разжёг моё любопытство, поэтому я собиралась не упустить ни слова. Подслушивать, конечно, не хорошо, но как я могла пропустить разговор, касающийся моей матушки?

К моей огромной радости, одно из окон столовой было открыто. Согнувшись в три погибели и стараясь не наступать на валяющиеся на земле сухие ветки, я подобралась к этому окошку и встала рядом с ним, прижавшись спиной к стене, увитой старым плющом. Крепкие стебли плюща поднимались по стене к окошку моей комнаты, и я подумала, что неплохо бы их срубить, пока никто ими не воспользовался, чтобы забраться на второй этаж.

— … согласилась, потому что у меня нет другого выхода, — донеслись до меня слова матушки. — Денег в ближайшее время не предвидится. Тильда провалила выпускной экзамен.

— Это плохо, конечно, но не настолько, чтобы приносить себя в жертву, — проговорил Олифсон. — Откажись, пока не поздно.

— Поздно. Я вчера дала официальное согласие и своё слово обратно не возьму! — с твёрдостью в голосе сказала матушкка.

Ах, вот оно что! Кажется, мистер Олифсон очень расстроен матушкиным предстоящим замужеством. Тут я с ним согласна! Более отвратительного жениха, чем мистер Дожидор, трудно отыскать.

— Эмми, дорогая, ты разбиваешь мне сердце! — в отчаянии воскликнул мистер Олифсон. — Мы же любим друг друга! Почему ты хочешь сделать нас несчастными?

При этих словах я чуть не выдала себя, подскочив на месте. Матушка и мистер Олифсон любят друг друга? Неужели? Как? Когда?

— Ах, милый Илезар, не говори так! Я чувствую себя ужасно! Но у меня нет выхода!

— Есть, любовь моя! Вот, смотри, позавчера я получил письмо с приглашением на работу в Этериалис.

— Тебя приглашают на работу в столицу?

— Да! Меня берут на год смотрителем за королевскими гиппокампусами! Жалованье — более чем приличное! Я буду высылать тебе больше половины каждый месяц, и ты сможешь…

— За гиппокампусами?! — в ужасе вскричала матушка. — За этими беспощадными злобными тварями? Они разорвут тебя в первые же дни!

— Не волнуйся так, любовь моя, — натянуто рассмеялся мистер Олифсон. — Я их не боюсь. Ты же знаешь, что я могу справиться с любой живностью.

Что правда — то правда, мистер Олифсон умел приручать любых животных, даже диких, забредающих иногда в Бримбер из леса. Подозревали даже, что у него есть магические способности, но ни одна проверка это не подтвердила. Думаю, что животные просто чувствуют, что он хороший и добрый человек. Но гиппокампусы — это не совсем животные! Твари из морских глубин, похожие на лошадей, разрывали на куски любого смотрителя, не пришедшегося им по душе. Поэтому жалованье было так велико, и всегда находились смельчаки, готовые взяться за смертельно-опасную работу. По слухам, год смогли продержаться всего двое. И то, один из них стал безруким калекой.