Книга Власть Шести, страница 42 – Анфиса Ширшова

Арто этот вопрос, казалось, ничуть не смутил.

— Ты верно мыслишь, Нэйт. Это радует. А ведь я когда-то был точь-в-точь как ты! Считал своего отца чокнутым стариком, который утверждал, что слышал зов ниспосланной ему души. Жаль, что он умер, когда мне едва исполнилось четырнадцать. Мы с дядей тогда остались одни. Он в какой-то степени заменил мне отца, однако его подобное озарение никогда не посещало. Эгберт не слышал свою душу. — Арто замер на пару мгновений, словно временно перенесся в прошлое. Встрепенувшись, он хлопнул в ладоши и продолжил: — Однако, что же мы видим, Нэйт? Наша семья вернула былое величие. Некогда наши предки жили в этом замке, обладали властью и богатствами. А затем их всех едва не уничтожили, остался лишь один малолетний потомок рода Эшбёрн — Тристен. Его укрыла у себя одна из служанок, дала другое имя и вырастила как сына сапожника. Эшбёрны потеряли все. Но взгляни, где мы теперь, — Арто обвел руками просторную гостиную и стены замка.

— Значит, по-вашему, это стало возможным благодаря тому, что у твоего отца открылись глаза на правду об этом мире?

— Дело в том, Нэйт, что доступ к памяти, накопленной за сотни лет, дает человеку такое могущество, которое не снилось ни одному богачу, — хитро прищурившись, ответил Арто. — И моему предку удалось воспользоваться им, чтобы вернуть Эшбёрнам былое могущество. Но самое интересное даже не это.

— Что же тогда? — сдержанно уточнил Нэйт.

— Я — тот самый Тристен Эшбёрн, — негромко, но с едва скрываемым восторгом, сообщил Арто. — Я жил в этом самом замке много веков назад, тут прошло мое детство. Ты или кто-то иной могли бы не поверить моим словам, но как же тогда объяснить, что именно я нашел то место, где был закопан сундук — на окраине наших земель, у разрушенной крепостной стены? Я увидел его во сне — чаще всего воспоминания о прошлых жизнях приходят именно с наступлением ночи, когда сознание очищается от всего того мусора, что вкладывают в него за день. С тобой ведь случилось так же?

— Я не помню, какое время суток тогда было, — немного помолчав, все же ответил Нэйт. — Но я действительно был погружен в сон.

Арто кивнул и провел указательным пальцем по густой темной брови с проседью. Он на удивление неплохо выглядел для своих лет.

— Мы тогда нашли много интересных вещичек, которые Тристен, будучи мальчишкой, прятал там вместе с братьями. Можешь взглянуть на монеты шестнадцатого века, — довольно ухмыльнулся Арто, кивнув головой на шкаф, закрытый стеклянными дверцами.

Нэйт встал и, повернувшись к остальным спиной, неторопливо приблизился к полкам, где действительно обнаружились старинные монеты — неровные кругляши с отверстием посередине и почти стертыми надписями. Рядом стоял железный сундучок с витиеватой вязью.

— Это ли не доказательство того, что наш далекий предок вернулся, чтобы исполнить важную миссию?

Нэйт развернулся лицом к присутствующим и окинул их бесстрастным взглядом. Бабка ухмылялась, обнажив идеально сделанные виниры, прищурив и без того небольшие глаза.

— Вы тоже слышите свою душу? — спросил он у нее.

Честно сказать, ему казалось, что у такой язвы и души-то никакой нет, но интерес перевесил желание отпустить ядовитый комментарий.

— Да куда уж мне, — покачала головой Бернадетт. — Это способность лишь истинных по крови Эшбёрнов. Но и я не простушка, как тебе подумалось, молодой человек. Мой предок некогда был лордом, затем род его обеднел и перебрался в Абердин. Спустя несколько поколений жить стали неплохо. Без замков, впрочем, — пожала плечами женщина. — Но и не бедствовали. Мой дед сколотил неплохое состояние, купил поместье, стал вхож в лучшие дома Шотландии. Мне дали все — лучшее образование, лучшие манеры и доступ к элите.