Книга Мой ласковый и дикий зверь, страница 45 – Анфиса Ширшова

Я был ошарашен словами колдуньи, но думать мог только о своей паре. И стоило мне сделать шаг к двери, как раздался страшный крик. Мия!

Громко выругавшись, я бросился вон из дома, в лес, туда, где была моя пара. Моя жизнь. И моя слабость. Всё внутри сжималось от страха за мою малышку, ведь я ничем не мог ей помочь. Я чувствовал, что она не хочет никого видеть в этот момент. Все оборотни обычно обращаются в одиночестве, переживая всю боль и ломоту в теле без свидетелей. Я понимал Мию, но не мог отсиживаться в доме, зная, как она страдает.

Я шел на её мучительные крики, до боли сжимая челюсти. Но внезапно в лесу стало тихо. Лишь вдалеке с дерева сорвалась стайка птиц и устремилась ввысь. Я замер. Сердце пропустило удар. Я до жути испугался. А если обращение прошло неудачно?

Я горестно взвыл и побежал, не разбирая дороги, в самую чащу, на ходу обращаясь в волка. Зверь отчаянно принюхивался, пытаясь обнаружить Мию. Её запах вел меня вглубь леса, а на небольшой поляне я замер, бешено оглядываясь по сторонам. Я чувствовал, что она была где-то рядом. Её аромат окутал меня, а волк скулил, желая помочь своей паре.

Внезапно слева кто-то тонко заскулил. Я дернулся, бросился в ту сторону и резко остановился, увидев между корней огромной сосны черный комок. Он закопошился и поднял голову, а я громко взвыл и бросился к пантере, сверкающей желтыми глазами. Я обнюхивал её, терся о её бархатную шерсть головой и скулил. Пантера встала и оказалась миниатюрной, но очень грациозной. Она потерлась головой о мою шею и лизнула в нос, издав урчащий звук, от которого все органы у меня внутри будто сделали сальто и вернулись на место. Но у волка уже загорелись глаза, а в голове билась одна мысль – слиться воедино со своей парой.

Мы еще немного пробежались по лесу, а потом я мотнул головой в сторону деревни, приглашая Мию вернуться домой. Но она вдруг жалобно заскулила, заглядывая мне в глаза. Я понял, что она не знает, каквернуться в человеческий облик. Закрыл глаза, вновь стал человеком и посмотрел на Ми.

– Просто представь себя. Мысленно позови свою человеческую половину. Просто вернись ко мне, Ми.

Пантера зажмурилась и стала очень похожей на мою девочку. Я улыбался, разглядывая красивую хищницу, которая стала моей во всех смыслах. Сердце разрывало от любви к своей паре.

Мие удалось принять свой прежний облик не с первого раза. Но когда она предстала передо мной полностью обнаженной, немного бледной, но с лихорадочно блестящими глазами, я словно одержимый начал гладить её совершенное тело, по-прежнему покрытое черными пятнами на руке и ключице. Самая красивая, самая родная. Как я вообще жил раньше без неё?

Я тоже был без одежды, и Мия без труда поняла, как сильно я её хотел. Она хитро улыбнулась, а я рыкнул, развернул её лицом к дереву и заставил прогнуться в пояснице. Меня трясло от желания. Такого раньше никогда не было. Казалось, я совсем свихнулся от любви к этой девушке. Но мне это чертовски нравилось. Невозможно было описать кайф, который я испытывал от нашей близости.

Кто-то заботливо оставил для нас пледы на пеньке. Я укутал Мию, повязал плед вокруг бедер, и мы вернулись в избушку ведьмы. Там собрались все три оборотня и уставились на Мию. Я видел интерес во взгляде двух молодых волков и яростно рыкнул. Катерина поморщилась, а старый медведь закатил глаза.