Книга Кира. Пешка или королева, страница 72 – Марина Богданович

Когда ее начало колотить, я уже не мог на том этапе остановиться, а потому стал двигаться резче и сильнее, чтобы быстрее кончить. А после мне было невыносимо смотреть на нее, такую разбитую, жалкую. Проклятье!

Всегда терпеть не мог слабаков, но в этот раз к моему неприятию примешалось еще какое-то чувство. Мне хотелось уничтожить то, что сделало ее такой, или может быть, обнять ее, утешить. Откуда во мне такие желания? Я не мог ответить себе на этот вопрос и просто сбежал.

Сейчас, глядя в темную даль ночной дороги я впервые задумался: а возможно ли вообще вписать непрошеную жену в мою жизнь, не поменяв ее? Кто мне она? Нужно ли мне ее «расположение» или достаточно доступа к телу? И чем я готов поступиться ради ровных отношений с ней? Что будет выгоднее для меня?

Ночь всегда честнее дня, ночью вся шелухаотпадает. И если нужно в чем-то признаться себе, то это лучшее время.

Девчонка залезла мне под кожу. Слабая, невзрачная, посредственная, … моя … жена… И сейчас ее энергия словно оплетала мою, но на этот раз не как нежная лиана, а как шипастая поросль дикого кустарника. Бездна все поглоти!

С каждым днем я все больше привыкаю к ее энергии во мне и при каждой встрече чувствую резонанс, что возникает между нами, усиливая мое к ней физическое влечение.

И даже сегодня после того, как я раздраженный вылетел из спальни, у меня и мысли не возникло поехать к Кассандре и продолжить ночь. После опыта с Марой, я понимал, что привычного удовольствия мне не получить. Да и возбуждения не было. Все желание прибило каменной плитой ее страха и еще не весть каких эмоций.

И вот я один, в какой-то глуши у кромки леса, как долбаный монах-отшельник думаю о жизни. Проклятое слияние!

Решение заехать среди ночи к старому архимастеру Нобуо на горячее сакэ было спонтанным, но показалось хорошей идеей. Старик стал моим наставником, когда я 9-летним мальчишкой поступил в Хаор Колмара. Попасть к нему в ученики считалось большой удачей. Он сам меня выбрал. Тогда ему было 79, и спуску он нам не давал. Я многим обязан ему.

А сейчас в свои 232 года он доживает свой век на горе, не желая переезжать в город, хотя я много раз предлагал ему.

Нобуо никогда не учавствовал в интригах и борьбе за власть и был исключительно моим наставником, но никогда — соратником. Казалось, он получал истинное наслаждение, превращая неопытных мальчишек в совершенных воинов, и более ни к чему не стремился.

Сейчас он уже давно не берет учеников — не хватает сил. Как бы ни был искусен в управлении энергиями хаорец, а бессметрие никому из нас не доступно, и век моего учителя подходит к концу. Я и многие другие его ученики, которые почитают и ценят своего мастера, предлагали ему пройти слияние с молодой девушкой с высоким потенциалом, это бы отсрочило увядание его организма на десятки лет, но Нобуо отказался.

— Я достаточно пожил, — сказао он с едва заметной улыбкой, когда я в очередной раз завел подобный разговор, — и хочу спокойно уйти за грань.

Старик был дорог мне, не друг и не враг — наставник, абсолютно особый человек среди огромного числа моих связей и знакомств. В какой-то степени и накаком-то этапе он заменил мне родителей и вообще всех значимых людей. При этом он никогда не пытался извлечь выгоду из моего статуса и хорошего к нему отношения.