Книга Кира. Пешка или королева, страница 85 – Марина Богданович

— А если Гото проиграет?

— Тогда ты просто проведешь вечер в компании сливок общества, Рубио и своих телохранителей, а на следующий день вы с Гото вернетесь домой.

— Ясно.., так а что за предположение? — меня интересовало, ради какой блажи Супрема я буду вынуждена разыгрывать любовь к чужому мужчине.

— Этим не могу поделиться, прости, Гото запретил, — сказал Каин покаянно.

Мне было неприятно это слышать, но как есть. Я решила уточнить момент, который меня волновал.

— А поцелуй должен быть какой? Ну, невинный чмок или...

— Конечно, «или». Кира, мы все взрослые люди, обычный поцелуй в губы, — как-то устало произнес Каин и затем продолжил с уже более участливой интонацией: — не обязательно долгий. 30–40 секунд будет достаточно.

— Достаточно для чего?

— Для того, чтобы Гото проверил свою теорию.

Вскоре Каин удалился по другим своим важным делам, оставив меня в одиночестве гадать, ради проверки каких таких теорий мне придется целоваться с Супремом Падора.

Кассандра Эзоран (Пн-Вт, ночь)

Я совсем не удивилась, когда Такеши написал, что приедет ко мне сегодня после работы. Лора, горничная, что теперь убиралась в апартаментах этой жалкой девки, сообщила мне, что уродка сегодня не пойдет на ночь к Такеши, несмотря на «график».

Лора давно информировала меня об обстановке в резиденции моего мужчины. Пять лет назад я вытянула ее из серьезной передряги, а затем помогла устроиться на работу в резиденцию, и с тех пор она верна мне, как собака.

Супрем, естественно, никогда не узнает, что Лора делится со мной информацией о его рутине, потому что горничной все еще нужна ее голова, ну а я знаю, как хранить в тайне свои ценные связи и женские секретики. Да и все, что я делаю, никогда не направлено во вред моему любимому человеку, так что совесть моя спокойна.

С двух лет я росла в ан-Колмарском доме отца на всецелом попечении нянек, так как отец большую часть времени проводил в горной школе; моим самым ранним воспоминанием была встреча не с отцом, а с Такеши. Мужчина с сильной аурой, весь в черном, протягивает мне плюшевого зайца и едва заметно улыбается. С тех пор Такеши всегда был в моей жизни, и еще будучи семилетней девчонкой я поняла, что влюбилась в него безвозвратно.

Я ловила каждое его слово, когда он приходил к отцу в наш дом, и с раннего детства закатывала жуткие истерики, если меня пытались выпроводить из комнаты, в которой находился ОН. Со временем мне стали позволять слушать взрослые разговоры, а иногда Такеши даже обсуждал что-то со мной не всерьез, конечно.

Все мои привычки и манера поведения были сформированы под влиянием друга отца, я безумно хотела, чтобы он взглянул на меня, как на женщину, а не сопливую дочь его верного соратника.

Когда мне исполнилось 20, я уже была лучшей студенткой в юридической академии, и Такеши стал моим первым мужчиной. С тех пор вереницы его любовниц сменяли друг друга, не задерживаясь в его постели надолго, и только ко мне он всегда неизменно возвращался.

Я обожала в нем все: ум, силу, характер, целеустремленность, принципиальность, амбиции и даже то, что он любил пожестче в постели. Мне тоже так нравилось. Пяти минут его внимания или просто одного его доброго взгляда на меня всегда было достаточно, чтобы вернуть мне хорошее настроение.