Книга Попаданка с приветом, или Солдат эльфа не обидит, страница 34 – Ирина Романова, Елена Абернати

— Ну, а ты сможешь взять?

— Можно подумать, я знаю, как это сделать! — Хисс внезапно показал характер и даже огрызнулся.

— Хорошо… — решила не спорить, — сама попробую? Ты не против?

— Да все равно! Кроме гаремной жизни, там ничего нет! — сыпал он желчью.

— А сколько тебе лет? — стало интересно, он ведет себя как пацан лет двадцати.

— А я знаю?! — он тут же взял, и спрятался».

«— Хисс, кто такой Верховный Консорт?»

«— Никто этого не знает…» — Выдал эльф, и снова затихарился.

Ну ладно, сейчас поковыряемся… Я напряглась, пытаясь вспомнить. Память нахлынула так внезапно, что я в реальности задохнулась, и на лбу выступил пот.

— Лорди совсем плохо? — участливо наклонились ко мне няньки.

— Немного, — я отпила чай, едва удерживая чашку трясущимися руками.

Мне промокнули лоб и зацокали языком.

— Идите, я немного побуду здесь! — попробовала я избавиться от них.

— Мы будем за дверями! — вот гады… Но хоть немного побыть одной, раскидать те куски воспоминаний,что я получила из памяти эльфа.

Дверь на балкон все же закрылись, и амбалы встали на страже. Воспоминаний было не густо, и как-то обрывочно. Надо собрать пазл…

«Первое воспоминание — это рынок, вернее, даже магазин живого товара. Все вокруг как в тумане, но явно видно, что рабы — только мужчины, и они стоят отгороженные друг от друга. К шее прикреплен ошейник и цепь, не позволяющие сопротивляться и сбежать.

Ящерицы ходят и смотрят, открыто обсуждая товар. Достоинства и недостатки. Товар обнажен полностью, и торговец, тыкая в мужчин палкой, заставлял их поворачиваться, демонстрировать себя.

На нашего эльфика обратила внимание только госпожа… Остальные посчитали его слишком строптивым.

— Как давно он здесь? — разговор слышался, словно через вату.

— Два дня, госпожа, и он совершенно чист!

— И не обучен! — фыркнула ящерица.

— Но какие перспективы… — видимо, указали на болт между ног.

— Посмотрим! — покупка была завершена.

Второе — это уже гарем, его готовят к первой ночи, приводя в порядок и отдавая госпоже. Из воспоминаний — только ужас и боль, море крови, крики… в тот раз у эльфа не встал, и госпожа разозлилась… очень сильно… полумертвого эльфа неделю выхаживали лекари… Шрамов на теле эльфа нет…  Это наводит на мысль, что медицина у них — на высшем уровне… Ведь то, что я видела в алькове у госпожи, говорит о том, что она любит получать эмоции, связанные с болью и кровью жертв.

— Хисс, что случилось после первой ночи с госпожой?

— Я не помню! — прошептал он как-то потерянно. — Ничего не помню.

Другие ее жертвы были с чистой кожей! Я помнила. На той оргии. У участников не оказалось ни ожогов, ни рубцов, ни ран, ничего. Идеально чистая кожа!

— Тех, кто пострадал больше всего, относят к лекарям, в медицинское крыло. Они проходят там полный курс восстановления за неделю. Их даже омолаживают. Госпожа не любит изъянов. Ни в чем. — Пояснил он.

Дальше пошли попытки побега. Четыре раза его наказывали с особой жестокостью. И не только его. Тех, кто допустил побег, вообще убили. Казнили при всем гареме. Его, избитого и окровавленного, заставили наблюдать это зрелище.

Меня снова едва не стошнило от мелькающих в его подсознании образов. И вот, после четвертого он и смирился. Так, получается, она его сломала, тогда, у столба?! Вот же стерва, что она сделала, как высосала у него жизнь и силу?