Онлайн книга «Отражения»
|
Когда становилось нечем себя занять, в голову постоянно лезли совершенно ненужные мысли. О Люциусе Малфое, например. Его серебристые глаза и волосы… белые пальцы в тёмных перстнях… Запах сандала… Его голос… Его слова… «Хочу, чтобы ты запомнила меня. Меня и ощущение, когда я в тебе…». Гермиона закрыла глаза и поняла, что снова взмокла от непрошеных мыслей. Она стянула блузку через голову. «Мне нужно в душ». В старенькой ванне, полной тёплой воды с пеной, жизнь казалась не такой уж и отвратительной. Пахло шоколадом с нотками ванили, как тогда на их первом совместном с Люциусом завтраке. Только здесь Гермиона и могла теперь обнажиться и душой и телом: татуировка «М»была сделана на совесть и едва начала сходить. Казалось, она горела на коже словно клеймо, постоянно напоминая о том, чьё имя шепчут по ночам непослушные губы. Ну и разумеется, никакого секса с Роном. Вот уже полтора месяца… Вот только из-за татуировки ли? Или потому, что на месте Рона придётся воображать другого? Гермиона прикрыла глаза, глядя, как лопаются разноцветные пузырьки пены у колена. Видения становились ярче. Чётче. Объёмнее… Пальцы Люциуса едва касаются её между лопаток. Ведут ниже, в ложбинке. Ещё ниже. Они касаются талии, и большой слегка надавливает на ребро, словно заявляя о настойчивом желании хозяина прижать её к себе. Потом спускается к тазовой косточке… Люциус целует её лодыжку — нежно, трепетно, будто пробует утренний кофе на вкус краешком губ… Длинные белые волосы невесомо щекотят кожу… Ласкают… Люциус выводит языком букву своей фамилии между её ног — медленно, старательно… будто стараясь унять дикое пламя, которое жгло только сильнее… «У тебя здесь родинка…» Гермиона резко выдохнула. Открыла глаза. Зажмурилась. И с обречённым вздохом запустила руку между ног. * * * Рон вернулся с работы поздно, когда она уже заканчивала готовить незатейливый соус к спагетти. Впрочем, он, кажется, остался доволен ужином. Гермиона убирала посуду в мойку и напевала себе под нос старый мотивчик, поэтому не расслышала вопроса Рона. — Да? Она развернулась с тарелкой в руках. — Что это? Рон держал в руках ситечко для заваривания чая. Не такое, как у Люциуса, но… — Ситечко, — глупо и рассеянно улыбнулась Гермиона. — Купила на Косой Аллее у Августа. — Зачем? Это так старомодно. Он уже открыл мусорное ведро, чтобы выбросить его, но девушка перехватила его руку. — Оставь. С ним чай заваривается вкуснее. Рон разжал пальцы, и ситечко упало в ладонь Гермионы. — С тех пор, как ты вернулась оттуда, я тебя не узнаю. Ты другая. Гермиона молча смотрела, как луч света ползёт по столешнице. Этого разговора стоило ожидать. В который раз. Опять. И снова. — Что с тобой там случилось, Гермиона? Я вправе знать. «О, да. Я всего лишь изменила тебе, друг мой, с Люциусом Малфоем. Да так, что не могу выбросить его из головы…» — Я ведь рассказывала тебе. Пока время вернуться не вышло, мне пришлось разыгрыватьжену Драко Малфоя. Скучные приёмы, странные скачки на пегасах… — И секс? Гермиона вздохнула. — Я не спала с ним. Я ведь уже говорила. У них с женой какое-то соглашение, он спит, с кем хочет, она тоже… — И с кем же спала ты? Гермиона разозлилась. — Я сто раз говорила тебе, что была в другом мире не по своей воле. И я хотела найти там свою маму. Я думала, хоть там она жива… |