Книга Многоликая в дурмане. Любовь на всю голову, страница 5 – Олеля Баянъ

В лапах грозовой тилыпрятались длинные острые, как бритва, когти. Ими она наносила смертельные раны своей добыче. Сейчас пасть у неё была закрыта, но я уже видела и знала, что крепкие зубы способны разорвать взрослого человека в мгновение ока. И даже если добыче повезёт, она по счастливой случайности вырвется, то зубы и когти этого монстра пропитаны парализующим ядом.

Это чудовище обладало, как и многие животные, скоростью, хорошей реакцией и, как ни странно, умом. Грозовая тила устраивала засады своим добычам, просчитывая многие моменты, чтобы не дать жертве сбежать.

И самое главное — этого монстра точно не знали в моём мире. Так что, увидев его впервые, мой враг точно растеряется настолько, что даже отсутствие яда и грозовых всполохов, хотя как получить последние, была у меня идея, не помешало бы выиграть сражение.

Едва я сделала выбор, как пришлось произвести множество чертежей и расчётов, чтобы составить детальный план того, как я буду трансформироваться в это животное. Мне пришлось ещё перечитать много книг по грозовой тиле, чтобы досконально изучить её анатомию. Пришлось даже побегать, чтобы получить разрешение на посещение библиотеки в крыле тёмных сил и некромантов, но результат того стоил.

Я стояла перед зеркалом и любовалась когтями, которые то отрастали, превращаясь в острые кинжалы, то возвращали свою изначальную форму. Затем получилось изменить и всю ладонь, трансформировав её в лапу грозовой тилы. С шерстью получилось ещё проще: на теле у человека есть волоски, за их счёт я и наращивала «шкурку».

Тренироваться приходилось урывками. Я подстраивалась под расписание Иниды, чтобы она не видела, чем я занимаюсь. У Грызарура подобным заниматься тоже не стоило. К нему заглядывали время от времени адепты, и, если они увидят меня в образе грозовой тилы, быть беде. Никто не станет разбираться и ждать подмогу, когда на свободе разгуливает тёмная тварь. Я ещё пока не могла чётко удерживать форму, и из-за стресса существовала вероятность застрять в промежуточном или конечном облике, то есть в виде грозовой тилы. Точнее, только часть меня была в её образе, а всё остальное оставалось человеческим, но всё равно выглядело это до дрожи ужасно.

За одной из таких тренировок меня и застал требовательный стук в дверь. Я потеряла контроль, когда возвращала себе первоначальныйоблик. Пришлось ещё немного поднапрячься, чтобы убрать все последствия своего превращения. Стук повторился. На этот раз звук выдавал нетерпение гостя.

Я открыла дверь и уставилась настороженно на жилистого брюнета в кожаной куртке, обвешанной цепями. Он сверлил меня зелёным взглядом. Рядом с ним стояла светловолосая девушка с заплаканными глазами. Не припомню, чтобы я с ней встречалась и уж, тем более, обижала. Не иначе кто-то из адептов затеял неудачную шутку, потому что мужчину я припомнила. Он заведовал кафедрой некромантов. Довелось услышать о нём, когда бегала в библиотеку к тёмным.

Однозначно кто-то из адептов что-то вытворил, а на меня решили спихнуть. Но, прежде чем пуститься в защиту, надо хотя бы узнать, что случилось.

— Магистр Клиффорд, чем обязана? — надеюсь, мой голос не дрожал и не звучал высокомерно.

— Вот как, — протянул завкафедрой некромантов. От его припечатывающей интонации становилось не по себе. Я точно не шалила и примерно училась, стараясь никуда не влезать. Спасибо, мне хватило каникул. — Адептка Миарина Луария фер Плюморфъ, подопечная Виарата дор Халденрея. То-то мне показалось что-то знакомое в ауре артефакта.