Книга Горечь и мед, страница 88 – Вера Рэйдж

Попрощавшись, Вадим положил трубку. Коньки, которые пылились на антресоли лет пять, наконец увидят свет. Последний раз я каталась на общественном катке за кинотеатром “Ашхабад” у нас в Чертаново. Там какой-то недоумок сбил меня с ног, а проезжающая мимо девушка чуть не наехала на мои пальцы. После этого происшествия желание кататься как-то отпало.

— У тебя есть коньки? — спросила я, надеясь, что ответ не заставит нас идти к нему домой.

— Я возьму в прокате. — Фил уставился в телефон. — Ало?

Он ответил на звонок и ушел из кухни в комнату. Интересно, кто ему звонил? Я лишь слышала, как он слегка рассмеялся собеседнику. Ревность во мне все еще напоминала о себе.

— Ты умеешь кататься? — произнес Фил, вернувшись после разговора на кухню.

— Вообще не особенно.

Отозвалась я, уже таща табуретку к антресоли.

— Стой.

Фил отодвинул меня и сам встал на табурет. Он открыл створку и пошарил рукой впереди.

— А как они выглядят?

— Они должны быть в розовом чехле. — я встала на мысочки рядом, стараясь заглянуть внутрь. Одна мне ничего не было видно.

— Нашел! — крикнул Фил. Вего руках появился розовый чехол, который я до этого видела только в своих воспоминаниях.

Он слез с табурета и передал мне в руки чехол. Я раскрыла молнию. Коньки выгляди также, как я видела их в прошлый раз. Пять лет назад.

* * *

Длинные ледяные дорожки, освещенные светом разноцветных прожекторов, увлекали в свои дали. Фиолетовый сменился розовым, тот красным, а затем оранжевый и желтый. Единственное, что помогало держать мое равновесие — рука Фила, переплетенная с моей. Мы ехали по льду очень медленно. Специально по правой стороне дорожки, пропуская вперед тех, у кого с катанием на коньках было на уровень, и даже несколько, выше моего. Наверное, Фил не катался настолько плохо, как я. Наверное, он тоже хотел разогнаться навстречу ветру. Чтобы лишь подсвечиваемые огнями деревья проносились по сторонам. Но ему приходилось ехать со мной. Поддерживать, чтобы я не упала.

— Хочешь, езжай. Я потихоньку догоню.

— Не говори ерунды, — он крепче взял меня за руку. — Мне тут без тебя неинтересно кататься. И вообще. — Он повернул на меня голову, гладя в глаза, — твоя задача — держать меня, чтобы я не упал. Без тебя я упаду!

— Ой, — я закатила глаза, смеясь вместе с ним, — Кто еще кого держит.

— О, нет! — он на секунду отпустил мою руку и сделал вид, что падает на лед. — Держи меня, а то я упаду!

Я громко рассмеялась, запрокинув голову назад.

— Хорошо! — крикнула я. — Тогда держись крепче. — я сильнее сжала его руку в своей.

Мы продолжали медленно продвигаться по ледяной дороге, но теперь я чувствовала себя чуть увереннее. Мимо проносились парни, что играли в догонки. От их коньков во все стороны летел крошеный лед. Фил еще немного сдвинул нас к ограждению, а меня завел немного за себя. Наверное, так он пытался скрыть меня от опасности в виде сумасшедших любителей погонять на льду.

Вадим и Лика мило катались за ручку. Лика, видимо, не пропускала этой зимней активности, потому что грации, с которой она рассекала по льду, можно позавидовать. Я, вцепившись в руку Фила, лишь надеялась, что не приложусь лицом о ледяную поверхность.

Мы кружили по ледяным дорожкам между деревьев, кроны которых осыпаны белоснежным покрывалом. Яркие разноцветные огни играли и переливались в снежинках, лишь изредка падающих на землю. Я быстро уставала, поэтому мычасто останавливались около бортиков.