Книга Путешествие цветка. Книга 1, страница 108 – Го Го

Но внезапно они услышали свист меча, рассекающего облака и фиолетовым лучом стремительно летящего издалека. В одно мгновение забушевал ураган, и громадные волны взлетели на несколько чжанов.

Ло Шии присмотрелся. Оказывается, Отрешение от мыслей почувствовал, что хозяйке грозит смертельная опасность, сам вырвался из ножен и прилетел сюда. Не дожидаясь указаний девочки, меч напрямую атаковал Ни Маньтянь.

Та оказалась совершенно к этому не готовой. Она ощутила лишь, как холодный ветер ударил в лицо. От яростной силы меча кровь и ци разбушевались в ее груди. Ни Маньтянь медленно попятилась и чуть было с позором не упала прямо в море.

Зрители побледнели от страха. Ло Шии испытывал смешанные чувства. Он никак не ожидал, что девочка уже достигла состояния единения с мечом Отрешения от мыслей.

Хуа Цяньгу в полном недоумении посмотрела на внезапно выросший перед ней меч и горько усмехнулась. Алая кровь текла из ран. Ее меридианы цзин-май, сердце и легкие уже были сильно повреждены, а истинная ци полностью исчерпана. Если не найдется чудодейственного снадобья, ей просто не выжить.

Она невольно выронила Лазурный свод. Тот, утративший духовную силу и никем не управляемый, упал прямо в море. Отрешение от мыслей, продолжая гудеть, влетел в руку девочки, словно переживая о ее ранах.

Хуа Цяньгу, растрогавшись, нежно погладила клинок. Глаза ее светились глубокой благодарностью и умиротворением и вместе с тем выражали покорность судьбе.

Ни Маньтянь была в школе новенькой и видела Бай Цзыхуа только на важных церемониях, на которые он брал с собой меч Рассекающий иней, поэтому Отрешение от мыслей она не узнала. Но присутствующим здесь совершенствующимся и ее родителям этот меч был хорошо знаком. Толпа загудела.

Ни Маньтянь вновь атаковала с помощью техники двадцати четырех ударов ладонью[103]острова Пэнлай. Отрешение от мыслей излучал яркое сияние, покрывавшее Хуа Цяньгу. Ни Маньтянь ни на цунь не могла к ней приблизиться. Придя в ярость, она громко закричала:

– Прячешься за светом меча? Боишься вступить в бой? Лучше уж сразу признай поражение! – Она уже, видно, забыла о том, как недавно сама сражалась, выгодно пользуясь преимуществами Лазурного свода.

Окутанная свечением меча, Хуа Цяньгу всеми силами старалась отрегулировать дыхание, собирая остатки сил для последнего удара. Держа в руках Отрешение от мыслей, она вдруг вспомнила ту ночь, когда вместе с Владыкой кружилась на мече по воздуху. В голове то и дело возникал образ главы в белых развевающихся одеждах, его грациозная, незапятнанная мирской суетой фигура. Девочка вздохнула. Вмиг сознание ее полностью прояснилось, будто какая-то сила вот-вот готова была хлынуть изнутри.

Сердце спокойно, меч наготове. Цяньгу словно прогуливалась в небесной вышине, не чувствуя и не замечая ничего вокруг. Рука ее медленно вырисовывала техники, похожие на плывущие облака и текущую воду[104]. Но на удивление приемы эти не относились ни к искусству владения мечом школы Маошань, ни к технике Чанлю, а шли от сердца, придуманные в порыве вдохновения. Меч, подобно парящему дракону, чуть заметно трепетал в такт движениям ее танца.

Хуа Цяньгу почувствовала, будто внутрь нее попала капля, отделившаяся от чистого потока ауры меча, постепенно втекла в ее сердце и легкие и медленно разлилась по телу, заполнив меридианы цзин-май. В последний момент в ее сознании внезапно раздался раскат грома, от которого в ушах зазвенело. Вмиг прояснились все пять чувств. Теперь она четко слышала все звуки в радиусе нескольких ли: шум толпы, шепот морских волн, шелест ветра и щебетание птиц.