Книга Путешествие цветка. Книга 1, страница 177 – Го Го

Но несмотря на это, все нечисть по-прежнему больше всего боялась именно его. Ша Цяньмо был самым сильным в мире нечисти, а в делах привык поступать так, как ему заблагорассудится, заботясь лишь о собственной выгоде. Коварный, не брезгующий никакими методами, он был крайне злопамятным. Любой оскорбивший его подписывал себе смертный приговор, поэтому предпочитал как-нибудь исхитриться и свести счеты с жизнью до того, как окажется в его руках.

Цуй Вэй и представить себе не мог, что Ша Цяньмо объявится здесь, да еще и в этот самый момент! Владыку же совершенно не интересуют эти дела. Цуй Вэй ломал голову, пытаясь догадаться, ради чего он здесь, но не осмеливался посмотреть в это покоряющее все сущее лицо. Возможно, для других оно было невиданной красоты, но для нечисти – страшнее всего на свете.

– Их всех ты ранил? – Ша Цяньмо сощурил глаза, увидев кровь на теле Хуа Цяньгу, и уголки его рта чуть дернулись. Девушка не знала, что он услышал резкий и пронзительный свист, разрывающий барабанные перепонки и с каждым звуком словно отсчитывающий последние мгновения, потом подобно безумному призвал птицу феникса, вырвался из мира демонов и поспешил сюда. А если бы пришел позже, больше никогда не увидел бы ее?

Вместо привычной насмешливой улыбки Цуй Вэй увидел на лице владыки каменное выражение и понял, что дело принимает дурной оборот.

– Владыка, их ранил не я, а Мо Сяошэн.

– Мо Сяошэн? Хорошо. Прекрасно. – Коснувшись губ кончиками пальцев, Ша Цяньмо выдохнул. Глаза его сверкнули холодом и яростью, от которых даже у Хуа Цяньгу по телу пробежал озноб. Такой жестоко взирающей с высоты на все живое сестрицу она еще никогда не видела.

– Отдай Небесные Цепи, и я сохраню твое тело нетронутым, – спокойным тоном произнес Ша Цяньмо, словно говорил совершенно обыденные вещи.

– Пощадите, владыка! – взмолился побледневший Цуй Вэй, непрестанно отбивая земные поклоны.

– Ты знаешь, что я не люблю пустые разговоры. Дождешься, могу и передумать. – Ша Цяньмо даже головы не поднял. Продолжая разглядывать свои ногти, он подумал: «Кажется, на указательном пальце следует подрезать».

Цуй Вэй понимал, что смерти не избежать. Сотни мыслей крутилось в его голове. «Может, испытать удачу и, воспользовавшись божественным артефактом, заточить Ша Цяньмо в Небесных Цепях? Тогда, возможно, еще останется надежда». Тут же иллюзия исчезла, Небесные Цепи затянулись, а он собрался бежать. Все вокруг содрогнулось, по земле пошли глубокие трещины.

Ша Цяньмо холодно фыркнул:

– Смерти ищешь!

Его длинные красные волосы закружились в воздухе подобно лепесткам цветов, взметнулись ввысь и, растянувшись до бесконечности, пронзили черное как смоль небо. Не прошло и мгновения, как волосы вернулись к прежнему виду. Ко всеобщему удивлению, на них были нанизаны отобранные у Цуй Вэя души хунь и по.

– Думал, я не смогу найти твое истинное тело? За долгие годы твоего служения мне ты мог бы получить в дар легкую смерть. А ты оказался таким неблагодарным!

– Пощадите, владыка! – Цуй Вэй из последних сил боролся, но Ша Цяньмо, и глазом не моргнув, протянул руку, сжал его души и стер их в пыль.

Небо тут же прояснилось. В воздухе эхом разносился душераздирающий крик рассеянных душ Цуй Вэя.

Холод сковал учеников Чанлю. Все они направили на Ша Цяньмо мечи в напряженном ожидании боя с сильным противником, думая о том, что, если битва и правда состоится, с его-то методами им спокойная смерть не светит.