Книга Не уходи, страница 4 – Ясмина Сапфир

Публика зевала. Демоницы немного встряхнули часть мужской аудитории. Каждая по-своему танцевала бути-данс, трясла попой в шпагате, в стойке на плечах и даже в прыжке.

Брейк огненно-рыжего демона впечатлил только меня. Танцевал парень и впрямь очень технично, сильно. Но ничего особенно для пьяной публики он не показал.

Балерины взбодрили мужскую половину зала, изобразив нечто среднее между классическим балетом и танцем с шестом. Даже мне понравилось. Далее следовали диско, обычный доморощенный стриптиз и снова диско.

Когда очередь дошла до меня, Марис так прямо и сказал:

– Давай, заставь их почувствовать собственную неполноценность и больше не мучай.

Я медленно поднялась на сцену. Зрители замерли. Два качка-демона возле барной стойки зашептались. Худенькая человечка, у ступеней сцены вскинула голову, и даже рот приоткрыла. Похоже, она уже видела мои представления. Тонкая, как тростинка, темная эльфийка за ближайшим к сцене столиком фыркнула и надула пухлые губы. Местные завсегдатаи-вампиры – перестали пить, отставили стаканы с бурым «донорским напитком» и развернулисько мне всем корпусом, чтобы ничего не пропустить.

Два рыжих гнома – кряжистых, бородатых, как и полагается этой расе, на барных табуретках крутанулись следом.

И я вновь очутилась под прицелом сотен глаз. Женщины кривились, хмыкали и вскидывали головы. Мужчины замирали, или же, напротив, принимались что-нибудь активно делать – например, мять одежду.

Меня здесь знали и ждали.

Я подхватила ногу за пятку и подняла ее в вертикальном шпагате. Кожаные лосины и синяя трикотажная блузка совершенно не стесняли движений. Я принялась вращаться вокруг собственной оси и… на сцене появились зеркала. Сотни, десятки зеркал будто выросли прямо из пола. Серебристые, золотистые, с ажурными и богато расписанными под хохлому рамками. Они закрутились следом и… мои отражения рассыпались по всему залу. Материальная иллюзия – это то, чем владела только моя удивительная раса. Я научилась ей лет под сорок или даже старше, точно не вспомню. Многие сэлфийки следующего поколения получали дар гораздо раньше, но некоторые и позже. В человеческом мире, без магии нас рождалось ничтожно мало. Но зато здесь, на просторах Темной империи, среди десятков удивительных рас, не было ни единой сэлфийки.

Медленно я опустила ногу и начала извиваться в танце. Ничего такого уж особенного не делала. Помесь балета, бальных танцев и стриптиза, со всеми вытекающими последствиями. Я просто обязательно замирала в соблазнительной и непременно сложной позе, давая зрителям возможность не только оценить гибкость тела, но и некоторые интимные подробности. А «живые зеркала» путешествовали по залу, и я выходила из каждого в новой позе. Зрители могли пощупать «изображение», хлопнуть по попке. Но если наглые лапищи тянулись к груди или лобку, «материальная иллюзия» пропадала по моему желанию.

Я танцевала минут десять, и публика вызывала «на бис» снова и снова, пока энергия не начала истощаться.

В последний выход я едва не поскользнулась на ступеньках, на радость многим женщинам в баре, и стало ясно – пора уходить, как бы ни хлопали зрители.

Я еще раз повторила трюк с вращением в вертикальном шпагате, сделала несколько прыжков, сальто и… нога подвернулась. Зеркала исчезли, я покачнулась и рухнула бы со сцены, если бы нечто или некто со скоростью, невозможной длячеловека, не поймал меня прямо на лету. Я очутилась в чьих-то мощных руках. И когда зрение сфокусировалось, показалось, что Эльрик Северный сошел с картины и ожил, настолько удивительным было сходство портрета и прообраза.