Книга Последняя фея: Охота на бескрылую, страница 52 – Тая Ан

Вокруг, насколько хватало взгляда, зеленел настоящий оазис, которого еще несколько минут назад тут не было и в помине. Повсюду распустились пышные кустики незабудок, неведомо откуда возникли широколистные ландыши, а ближайшие сосны густо оплёл дикий хмель, одномоментно раскрывший белые чашечки цветков… И вокруг всего этого цветущего великолепия во множестве вились лазоревые с золотистым отливом бабочки.

Мужчина, чуть пошатнувшись, поднялся с бревна, всё еще не до конца осознавая произошедшее. Слизнув кровь с прокушенной губы, он шагнул вперед, чтобы дотронуться до цветов, и понять, что те реальны, а не некий странный глюк. Но под ногой не хлюпнула ожидаемо влажная почва. Тогда он в замешательстве опустил голову и увидел свою футболку, из-под которой поблескивала расколовшая темную землю надвое широкая полоска матового металла. Лекс на секунду снова прикрыл глаза, чтобы успокоить никак не желающее униматься сердцебиение.

Что бы это ни было, но только что он сам стал тому свидетелем. Легенды не врали.

Я бежала, как безумная, задыхаясь и почти не разбирая дороги, совершенно не чувствуя под собой земли, лишь чудом не переломав ноги на буреломе. Некая жуткая сила гнала меня прочь, непрерывно подталкивая в спину, всю мокрую от страха.

Будто и не было тех нескольких лет, всё также я неслась что есть сил через знакомую лесную чащу… Только вот от кого на этот раз? Наверное, от себя самой.

Не помню совершенно, как пролетела весь путь, ворвалась в калитку, кое-как заперев ту лихорадочно дрожащими руками, пересекла участок, и обессиленно ворвалась в дом.

Пока я бежала, погода стремительно испортилась, будто подхватив моё отчаянное настроение. Солнце исчезло, налетел недружелюбный ветер, а на небо наползли мрачные тёмные тучи, и теперь ритм частых капель дождя, дробью стучащих в окна, почти сливался с ритмом моего собственного неспокойного сердцебиения.

Всё ещё тяжело дыша, словно загнанный зверь, я сползла по полотну быстро запертой на все замки двери, и уселась на пол, уткнувшись в ладони разгорячённым лицом. Та, другая я исчезла, будто вовсе и не бывало, оставив только маленькую и испуганную обычную меня. И что это такое вообще было? Это лесное наваждение, это… Даже невозможно было подобрать слово, которое могло бы в полной мере описать всё это недавнее безумие. Никогда раньше я не чувствовала подобного, никогда раньше не нападала вот так на мужчин… Никогда, до сего момента, когда меня после долгого отсутствия вдруг ни с того ни с сего потянуло в весенний лес. Мало того, никогда мужской пол не привлекал меня как сейчас, особенно этот один единственный его представитель.

Я глухо застонала, прижимая ладони к щекам. Чувство жгучего стыда смешалось во мне со странным мрачным удовлетворением, которое я испытала, наблюдая искреннее восхищение и неподдельный животный голод в темных мужских глазах…

Было очень жарко. Чересчур теплая куртка неприятно липла к обнаженной коже. Сняв, я зашвырнула ее в сторону вешалки, и, снимая на ходу штаны, на подкашивающихся от усталости ногах поплелась в душ. Футболка была благополучно оставлена в лесу.

Душ обжигал кипятком, но я не чувствовала его тепла. Казалось, что мое тело сейчас было куда горячей этой воды после всего, что произошло в лесу. Я вся дрожала от незнакомых эмоций, сноваи снова проигрывая в голове до мельчайших подробностей отпечатавшиеся в памяти моменты. Твердость чужой груди под подушечками пальцев, щекотные ощущения чужого горячего дыхания и жесткой щетины на собственной коже, восхитительные касания крепких рук… Да что со мной такое! Ведь я его совершенно не знаю! Я же не какая-то лесная зверушка, чтобы, только лишь обнюхав предполагаемого партнера, тут же кинуться к нему в логово с заведомо известной целью! Ан нет… Тяжело вздохнув, я выключила кран. С водой, кажется, всё же перестаралась. Немного кружилась голова, и в теле ощущалась неприятная слабость…