Книга Особенности фиктивного брака с крылатым, страница 170 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

Он наконец-то освободится от меня.

Как и мечтал.

– Спасибо тебе, – поблагодарила я, выйдя из машины и поежившись от утреннего ветра. – За все.

– Да не за что. Тебе тоже спасибо. Если бы не твоя рискованная авантюра с уговорами Дохака…

– Ерунда. – Махнула рукой и почти развернулась, чтобы пойти домой.

– Майя, постой. У тебя точно все хорошо?

– Да. Замечательно. Просто последние дни вымотали меня сильнее, чем я предполагала. Удачи разобраться с исчезнувшим телом. Надеюсь, у тебя все получится.

И я все же пошла прочь, пока прощание не затянулось слишком надолго, пока воздух не пропитался насквозь этим глупым последним разговором, который даже потом не вспомнишь на досуге.

Разумеется, у Яра будут вопросы. Например, по поводу метки. Но я скоро съеду из маленькой неуютной квартирки и не позволю их задать.

– Майя, – Ярослав позвал тихо-тихо, и я зачем-то обернулась.

– Что?

Мужчина сделал быстрый шаг вперед и притянул меня к себе. Он целовал иначе. Не так, как в тот раз, в подъезде дома. Не так, как когда мы скрепляли брачный ритуал. Чувственнее. Горячее. И поцелуй этот пах разлукой. Пусть не пониманием ситуации, но ее ощущениями. Ярослав всегда умел хорошо догадываться. И теперь он словно догадался, что я не собираюсь никогда больше с ним сталкиваться.

Такой горячий, что утренний холод не страшен. Такой знакомый, почти ставший родным. Умеющий слышать. Готовый оберегать.

Нет, нужно заканчивать. Раз и навсегда.

Кажется, молча уйти не получится.

– Хватит. – Я отстранилась. – Прекрати, Яр. Зачем тебе все это? Зачем ты постоянно то отталкиваешь меня, то даешь ложную надежду? Специально, что ли? Зачем целуешь, если не хочешь со мной никаких отношений?

– А если я хочу?

Вопрос прозвучал так просто, будто Ярослав спрашивал, буду ли я на завтрак нарезной батон или хлеб для тостов. Будто нет ничего поразительного и даже грустного в том, что он вдруг передумал.

Слишком поздно, к сожалению.

Да и какие у нас могут быть отношения? Выстроенные на сплошной лжи, ибо я не смогу никогда признаться, что его Майя – это только часть меня настоящей? Небольшая часть, всего лишь крохотный промежуток времени, самое чистое и светлое, что есть в Хиде. Или сказать правду? Мол, Ярослав, тут такое дело, я тоже древняя, а еще я та змея, возрождения которой так сильно боялась Рихард. Упс, неловко вышло.

Кстати, спасать меня больше не надо. Я сама за себя постою. Но можем вдвоем заняться спасением моего отбитого братца. Как тебе такое времяпрепровождение?

Не этого признания он ждет.

– Увы, поздно даже пытаться. – Я провела ладонью по его щеке, впитывая касание, всматриваясь в глаза. – Мы ведь совершенно разные. Ты такой хороший…

«А я плохая», – не высказала я вслух, но подумала с болезненным ехидством.

Саму себя плохой я, конечно, не считала. Даже в худшие годы, когда приходилось идти по головам, чтобы выстоять и доказать Арджешу свою значимость, я не думала, что поступаю как-то «неправильно». Я жила так, как хотела, как умела, как мне позволяла совесть. Даже осуждала брата за излишнюю кровожадность, потому что сама не одобряла смерть без причины.

Но если сравнивать меня реальную и Майю – я очень плохой нечеловек.

– Ты такой хороший, – повторила я, прокашлявшись, – но нам вообще не по пути. Ты – древний феникс, а я всего лишь низшая. На твоей вечеринке я чувствовала себя просто отвратительно, – соврала, не моргнув и глазом. – Мне не нравится лишнее внимание. Я бы не смогла быть твоей девушкой, если под «я хочу» ты подразумеваешь это. Понимаешь, Яр? У нас с тобой нет совершенно ничего общего.